— Нет, прежде я его никогда не видел.
— Выходи оттуда! — снова прокричал Блэйсон, на этот раз с неприкрытым гневом.
— С удовольствием. Но сначала я должен поговорить, с вами.
— Потом поговоришь.
— Нет. — Кейин понимал, что потом его никто не станет слушать, и знал, что, если убедит Блэйсона в опасности этого проекта, то битва будет выиграна. — Мистер Блэйсон, хотите знать, почему я все это сделал?
— Ты уже ответил на этот вопрос.
— Нет, я не сошел с ума. Это вы неправильно пользуетесь своим разумом. Ваш метод чрезвычайно опасен.
— Откуда вы знаете?
— Я проводил те же исследования.
— Чушь. На Земле этим еще никто не занимался.
А я и не сказал, что на Земле, подумал Кейин, но вслух терпеливо произнес иное:
— Вы ошибаетесь. Ваши эксперименты совсем не новы, хорошо известно… — он не сказал, откуда, — …хорошо известно, что они могут привести к катастрофе. В ходе этих экспериментов появляются микроорганизмы невиданной прежде вирулентности.
— Ты все это придумал!
— Ничего я не придумал. Сейчас ваше открытие слишком опасно, чтобы им можно было пользоваться.
Блэйсон ничего не отвечал, и Кэйин понадеялся, что он думает не только о том, как вышибить дверь.
— Мистер Блэйсон, вы будете не первым, кто отложит в долгий ящик открытие такой важности.
— Я тебе не верю. Открывай дверь.
— Секунду. Просто подумайте о том, что я сказал.
— Открывай.
— Полсекунды. Вам все равно, что я говорю?
— Он тянет время, — проворчал полицейский. — Пора ломать дверь.
— В этом нет нужды, — ответил Кейин. — Я сам выйду. Возможно, если мы встанем лицом к лицу, вы поверите мне.
Кейин снял пиджак, рубашку и галстук, к которым так привык за последние несколько месяцев. Затем свободно распрямил мышцы и горько улыбнулся сам себе.
— Дверь открывается наружу. Отойдите.
Он повернул ключ в замочной скважине и распахнул дверь. Затем шагнул вперед.
Кейин услышал, как люди закричал от ужаса, увидел, что они остолбенели от страха. Именно на такую реакцию он и рассчитывал. Полицейский расстрелял всю обойму револьвера, но был так взволнован, что ни разу не попал, только вопил: «Это не человек. Это не человек!»
Земная гравитация была слишком сильной, чтобы Кейин мог летать по-настоящему, но, по крайней мерс, давно не расправлявшиеся крылья подняли его под потолок огромного помещения, что напугало людей и сбило их с толку. Медленно опускаясь вниз, он видел, как работники завода бешено носятся под ним. Кейин направился к выходу. Стоящий у него на пути полицейский не успел вовремя увернуться. Кейин врезался в него, и тот упал на пол. Затем второй коп замахнулся на него пистолетом. Дополнительной парой глаз Кейин увидел, что происходит, и ударом мощных крыльев откинул полицейского назад.
Затем он побежал по коридору, придавая себе крыльями дополнительную скорость. Дверь, через которую он только что пронесся, открылась снова, и просвистевшая пуля проделала дыру в крыле. Кейин едва ли почувствовал это, потому что пуля лишь прорвала перепонку.
Он выбежал на улицу.
Грохот выстрелов поднял тревогу. Приближался еще один полицейский, но, взглянув на Кейина, закрыл глаза и зашатался. Кейин отобрал у копа дубинку и ударил его по голове. Затем оттащил обмякшее тело в глубокую, чистую бетонную яму, приготовленную для какого-то опасного радиоактивного побочного продукта, которого уже явно никто не получит. В темноте ямы Кейин снял с полицейского форму. У того были широкие плечи, и одежда хорошо скрыла крылья Кейина.