Менее чем через час Эндрюс отправился в джунгли с разведотрядом. Он понимал, что действие лекарства со временем закончится, но две упаковки таблеток в кармане успокоили его. Вне зависимости от любых непредвиденных или неприятных последствий, которое это может вызвать, по крайней мере, снизиться сила прежде невыносимых запахов.
Группа состояла из капитана Кэррингтона, пяти хорошо вооруженных солдат и Эндрюса, который должен был предупредить, если поблизости возникнет какая-нибудь опасность. Почва под ногами походила на губку, словно была засыпана листьями и завалена засохшей травой, однако, ни того, ни другого видно не было. Повсюду виднелись десятки гигантских деревьев странного зеленого оттенка. После ужасной вони внутри корабля, их запах показался Эндрюсу приятным — это был сильный и насыщенный аромат за который он поблагодарил Бога.
Тем не менее, запах врага не исчезал ни на одну секунду, запах, который начинал обретать форму в голове у Эндрюса. Выносить его было не так и уж трудно, но, казалось, это был тот же ужасный запах опасности, что и в корабле. Теперь он стал более выраженным, потому что перегистамин ослабил остальные запахи.
Но направление ветра изменилось, и Эндрюс ощутил нечто новое. Из леса принесло мерзкую вонь, и он указал на затаившуюся там опасность. Раздался внезапный хруст веток, и солдаты подняли винтовки. Из кустов выпрыгнул красноватый зверь, три ноги и толстый хвост придавали ему сходство со странным новым видом четвероногого. Пятеро солдат одновременно открыли огонь, и животное превратилось в облако красноватой пыли. Отряд подошел к останкам существа, чтобы рассмотреть его, а Эндрюс принял еще одну таблетку, пока все остальные были заняты.
Спустя какое-то время Эндрюс учуял отчетливый запах свежеразвороченной земли, хотя почва с виду оставалась нетронутой. Затем отвратительный запах подтвердил близость чего-то опасного.
— Берегись! — крикнул Эндрюс, указывая вниз.
Солдаты отпрыгнули как раз перед тем, как у их ног появилась огромная голова. Капитан Кэррингтон сам разрубил существо надвое, и половинки судорожно задергались на земле.
Капитан был доволен.
— Не знаю, что бы мы без тебя делали, Эндрюс, — сказал он, — в таких ситуациях только ты можешь нам помочь. Жаль, доктор Хильгер этого не видит.
— А где он?
— Как обычно, в лаборатории на борту корабля, — ответил Кэррингтон. — Его пока не интересуют разведывательные операции, но я уверен, что позже он присоединиться к нам, просто сейчас для него гораздо важнее эксперименты.
— Скажите, капитан, — спросил Эндрюс, — почему такой известный хирург, как доктор Хильгер, которому поклоняется вся Земля, вообще согласился на это путешествие?
— Я бы и сам хотел знать, — признался капитан. — Откровенно говоря, на его месте я бы предпочел остаться на тихой и спокойной Земле, потому что не люблю так рисковать. В любом случае, он великий человек, а великих редко можно понять.
Эндрюс больше ничего не сказал. Запах опасности, который был столь силен на корабле, казалось, ослабевал по мере того, как отряд углублялся в лес. Но этот запах, хоть и терял насыщенность, но по-прежнему касался ноздрей Эндрюса с неуменьшающейся важностью — менее значительные запахи подавлялись лекарством. Его начало интересовать, почему этот запах никуда не девается, почему неотступно следует за ним. Эндрюса охватил странный страх корабля, словно именно там находилась самая большая опасность — все ощущения указывали на то, что он должен строить планы, независимо от других. Насколько Эндрюс смог понять, опасность ждала только его, и, если это так все и было, то остальные мало что потеряют, если он не вернется. Затем до Эндрюса дошло, что он ошибается, что экспедиция нуждалась в его защите, и без него отряд может оказаться в еще большей опасности. Тем не менее, он, в первую очередь, собирался защитить себя…
Размышления Эндрюса оборвались, когда без всякого предупреждения на отряд беззвучно спикировала группа птиц. Как только их ускользающий запах дошел до его носа, он предупреждающе закричал. Бесчисленные небольшие пернатые создания, тем временем, рассекли воздух над солдатами. Тех охватила паника, они бегали кругами, вопили и хватались за винтовки, пока птицы пытались повалить их на землю. Солдаты выпустили несколько сетей, и пернатых приковало к земле. Но пара птиц смогла увернуться, один солдат взвыл от боли и упал на спину, когда два мощных клюва оставили на его лице множество кровоточащих порезов. Другие побежали к нему на помощь и отогнали птиц, а Эндрюс просто стоял, чувствуя себя трусом, и не знал, что делать. Наконец, воспользовавшись тем, что все занялись раненым, он бесшумно удрал в лес.
Через несколько секунд Эндрюс услышал, как его зовут, но он уже скрылся из виду в листве. И не собирался возвращаться, потому что запах враждебности, шедший из корабля, никуда не делся. Он совершенно не хотел столкнуться с его источником. Даже если бы Эндрюс стал животным, то с таким обонянием, которое ему дала операция, он бы все равно выжил. К тому же у него еще были две коробки перегистамина.
Эндрюс ушел из корабля, не поев, но нос направлял его к растениям всех форм и размеров, всех цветов и запахов, обоняние подсказывало, что съедобное, а что нет. Например, он чувствовал определенные соли металлов, указывающие на яд, но, если эти запахи маскировались другими, он осторожно пробовал растение и потом решал, опасное оно или нет.
Однако, самой главной проблемой стал сон. Пришла ночь, но где бы Эндрюс ни лег, на него всюду мог напасть любой хищник планеты. Хотя нос и предупредил бы его об атаке, в драке он был бесполезен. Но спустя пару часов обоняние помогло ему решить вопрос сна так же, как решило вопрос еды. Ведомый специфическим запахом, Эндрюс все шел и шел через лес. Наконец, он оказался у большого скального образования под открытым небом, где не было деревьев. Разумеется, камень давал защиту от подземных животных, и к тому же Эндрюс не ощутил тут ни одного звериного запаха. Почему фауна избегала эту область, обоняние ему не сказало, но было очевидно, что более безопасного места в этом отношении ему найти.
Устав после дневных приключений, Эндрюс лег на камень, — издающий характерный нейтральный запах, — и обнаружил, что тот заполнил его ноздри и прогнал враждебный запах, преследовавший его вместе с ветром. Это успокоило Эндрюса, он обрадовался тому, что его больше не будут мучать бесчисленные ароматы, когда закончится действие перегистамина, если, конечно, проживет эту ночь. Он погрузился в животный сон, его разум заполнили образы и впечатления, а не мысли или сны.
Когда настало утро, Эндрюс понял, почему камень отгонял всех живых существ. Сев, он увидел, что его кожа покрыта сыпью, пылающими и болящими красными пятнами. За ночь действие перегистамина прошло. Эндрюс застонал от боли, чувствуя себя беспомощным, как собака, но затем его рука инстинктивно потянулась к таблеткам, которые уберут гнетущие влажные запахи и вернут способность соображать. Он проглотил таблетку и принялся размышлять, пытаясь разработать план дальнейших действий.
Эндрюс понял, что когда весь перегистамин закончится, он окажется беспомощным и потерянным. Его разум станет разумом животного, а пытки, причиняемым острым обонянием, будут невыносимыми. Без помощи со стороны он не сможет выжить в джунглях — как и где-либо еще. Эндрюс осознал, что опасность его состояния была вторичной по сравнению с опасностями леса. Он пришел к выводу, что придется вернуться на корабль. Но не сейчас — попозже, когда это будет совершенно необходимо.
В корабле была другая опасность, но в чем именно она заключалась? Как он мог понять? Откуда ему было знать?
Да, Эндрюс пробудет в лесу, как можно дольше, пока у него не закончится лекарство. Одновременно он заметил, что это было удивительное лекарство — сыпь начала исчезать. Мог ли это быть побочный эффект перегистамина? Таблетки, видимо, были более ценными, чем предполагал Эндрюс, раз могли защитить его от сыпи, отгоняющей животных от камней.
В течение пары следующих дней ему несколько раз пришлось воспользоваться пистолетом, чтобы отбиться от рыщущих зверей, подземных существ и странных птиц, атакующих с неба. В каждом случае у него возникали сложности, — не такие значительные, как он ожидал, — и каждый раз ему удавалось узнать о животных что-нибудь новое: где находится их логово, какие у них привычки. Уходя от камней, обеспечивающих безопасность, все дальше и дальше, чувствуя себя увереннее после первых успехов в столкновениях с хищниками, Эндрюс обнаружил и другие скопления камней. Нос подсказывал ему, что эти тоже безопасные.
Через неделю после побега, Эндрюс наткнулся на разведотряд из корабля. По запахам он понял, кто это, еще до того, как увидел их, и нарочно встретился с ними, чтобы узнать новости.
Отряд возглавлял капитан Кэррингтон. Прячась в листве, Эндрюс позвал его, и капитан с удивлением поднял голову.
— Эндрюс! — воскликнул он. — Эндрюс, где ты?
— Тут, капитан, среди деревьев.
— Где тебя черти носили, Эндрюс? Ты заблудился? И не смог найти нас?
Капитан, понял Эндрюс, искренне беспокоился за него, потому что слова просто вылетали у него изо рта.