Последыш: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я приду через шесть часов, — решил наконец Игорь. — Подождете?

— Нам приказано...

— Через шесть часов.

— Что вам там делать так долго? — попытался нажать командир.

— Мне нужно шесть часов, — твердо ответил Игорь, решив не вдаваться в подробности.

— Давайте мы вам хотя бы поможем, — тяжело вздохнул мужчина, которому было явно невтерпеж убраться из этого гиблого места.

— Мне не нужны помощники, — возразил Игорь. — И не пытайтесь меня найти. Буду стрелять на поражение.

— Серьезно?

— Да.

— Но вы вернетесь? — не удержался от вопроса командир.

— Да, — подтвердил Игорь. — Через шесть часов.

На том и расстались.  

Сказать по правде, ему было мучительно больно оставлять с таким трудом налаженное хозяйство, свою библиотеку, свой арсенал, радиоприемник, свои запасы, наконец. Обжитый дом, душ и баню. Свои неопределенные планы. В общем, все, чем стал для него за эту долгую полярную ночь вымерший город ссыльных поселенцев Барентсбург. Крепость, шинок и фактория, брошенные дома, обнаруженные тут и там нычки и схроны. Звездное небо над головой и феерия северного сияния. Холод, ветер и полумрак.

Бармин не помнил, тосковал ли Робинзон Крузо, покидая обжитый им за годы и годы необитаемый остров, но сам он, хоть и прожил здесь, в Барентсбурге всего-то около четырех месяцев, совершенно определенно улетал отсюда с тяжелым сердцем. Понимал, что на самом деле у него не было на острове никаких перспектив, но на душе все равно было тяжело. В этом мире, в его новой жизни Бармин пока знал только эту суровую негостеприимную землю, другой земли, другого дома у него пока нигде не было. И поэтому, сидя в достаточно комфортабельном кресле в командирской выгородке десантного отсека, Игорь испытывал весьма непростые, можно даже сказать, двойственные чувства. Радостное предвкушение будущего, опасения по тому же поводу и печаль расставания с единственным местом, которое он мог назвать в этом мире своим домом.

— Кофе? — спросил командир поисковой группы Новгородцев, подходя к Игорю. — Чай? Чего-нибудь покрепче?

Четверть часа назад, поднявшись в воздух по вертолетному, конвертоплан перешел в "режим самолета" и теперь активно наращивал скорость и высоту полета. Для Бармина в этом не было ничего необычного. Он в своей жизни вдоволь налетался на больших и малых самолетах. На геликоптерах, которые в СССР звались вертолетами, ему летать приходилось тоже. Но ни Василий Новгородцев, ни члены его команды этого не знали, а потому опасались, что при взлете "господин граф" устроит им истерику. Игорь их порядком разочаровал и не собирался останавливаться на достигнутом.

— Кофе, — кивнул он. — Покрепче. Курить у вас можно?

— Да, разумеется, — ответил командир. — Сейчас принесу пепельницу. Молоко? Сахар?

— На острове не было молока, — отрицательно покачал головой Бармин. — А сахар стоил очень дорого. Так что, нет. Не привык. А вот выпить не откажусь.

— Коньяк будете?

— Буду, — снова кивнул Игорь и достал из кармана пачку "трофейных" сигарет.

Вообще-то, он опасался вопросов о тех вещах, которыми пользовался, но поисковиков все это, по-видимому, совершенно не интересовало. Есть и есть, а откуда взялось, не их дело. Впрочем, они так мало знали о самом Игоре и о его жизни ссыльнопоселенца, что отсутствие вопросов не вызывало удивления. А между тем Бармин, как и обещал, действительно привел себя в порядок, переоделся и собрал вещи. То есть, большую часть вытребованного им времени Игорь провел, демонтируя и перетаскивая в скалы динамо-машину, радиоприемник и антенну. Место это располагалось всего в километре от его дома, но было хорошо укрыто в скалах. После одного-двух снегопадов, когда не останется никаких следов, найти эту расселину в скале будет совсем непросто. Только если случайно, но Бармин предполагал, что в ближайшие годы ее не найдут, а потом это будет уже не актуально.

Туда же, в скалы, он перетащил все так или иначе компрометирующие его лично вещи, оружие, боеприпасы и даже кое-какие книги. Накрыл все это сложенным в несколько слоев старым парусом и куском брезента и в довершение всего заложил расселину битым камнем. Разумеется, лучше было бы отнести все это в пещеру, облюбованную им под будущую партизанскую базу, но, увы, сейчас это было невозможно. Слишком далеко, а значит, и слишком долго. Но, с другой стороны, сегодня у него были совсем другие цели. Он не бегство готовил, а прятал подозрительные вещи, а это две совершенно разные вещи.

Вернувшись в дом, Бармин переоделся. Свежее белье и носки, новые трикотажная рубашка, армейского образца брюки и темный свитер ручной вязки, еще не надеванные ботинки с высокими берцами, кожаная куртка типа косухи и вместо огромного тулупа короткая, — до колен, — кожаная пихора с капюшоном, под который он надел шерстяную матросскую шапочку. В карманы распихал сигареты, зажигалку, — никому не надо пока знать, что он может прикуривать от пальца, — часы-луковицу, расческу, серебряную фляжку с коньяком и деньги. Их было немного, но и не мало, — всего около пяти тысяч ассигнациями, — но иди знай, как сложится его жизнь на Большой Земле. Деньги могут пригодиться точно так же, как револьвер в наплечной кобуре и нож в ножнах, закрепленных на голени. В рюкзаке у него были сложены туалетные принадлежности, две смены белья, еще один револьвер, патроны, боевой нож, позаимствованный у коменданта крепости, пара кожаных кисетов с золотыми монетами, — немного, но тоже могут пригодиться, — блокнот для записей, карандаши и несколько запасных кожаных шнурков для косы. Дело в том, что волосы у него сильно отросли, а стричь их самому оказалось очень уж неудобно. В конце концов, Бармин стал зачесывать их назад и заплетать в простейшую косу, перевязывая ее кожаным шнурком. Вот таким он и пришел спустя шесть часов к ожидавшему его конвертоплану.

Глава 3

1. Третьего марта 1983 года

Летели недолго. Всего чуть больше двух с половиной часов. Бармин за это время успел выпить пару чашек довольно прилично сваренного кофе и грамм сто пятьдесят коньяка. Еды ему не предлагали, — только горький шоколад, — а сам он спросить отчего-то постеснялся и сидел теперь в своем кресле злой и голодный. Дома-то, в Барентсбурге, в последний раз ел он, верно, часов десять-двенадцать назад, и теперь пытался перебить не на шутку разыгравшийся аппетит коньяком и сигаретами. А злой он был еще и оттого, что поговорить с кем-нибудь из поисковиков он так и не смог. Им, видно, приказали не вступать с ним в контакт кроме как по существу сиюминутных дел. Типа, а есть ли на борту туалет, и не могли бы вы принести мне стакан воды. Единственное, что удалось выяснить из короткого разговора с Новгородцевым, это то, что зовут Бармина Ингвар фон Менгден, и что сейчас они летят в резиденцию княгини Кемской замок Надозерье, который расположен близ города Гдова на берегу Чудского озера. Путь не близкий — с посадкой в Мурманске, и потом еще тысяча пятьсот километров по прямой. Да еще и с гаком. Вот, в сущности, и все, что он узнал. А об остальном "с ним будет говорить ясновельможная пани княгиня".

В Мурманске сели на дозаправку, но из машины Игоря не выпустили. Командир сказал, что не рекомендует. На дворе, дескать, холодно и пусто, — дальняя часть аэродрома арктических конвоев, — а в здание аэровокзала они не поедут, потому что слишком далеко. Но зато обещал, что обед из ресторана доставят Бармину прямо сюда. Не обманул. Привезли, не спросив заранее, что бы он хотел заказать. То ли пренебрегли, то ли не рассчитывали на его способность ориентироваться в незнакомой обстановке. Скорее всего, таковы были инструкции, полученные поисковой группой. В результате, пришлось есть то, что предложили: одну из вариаций на тему картофельного салата, — этот, судя по наличию жареного шпика, был приготовлен на немецкий лад, — вареную осетрину с хреном, тонко наструганного копченого лосося, и едва теплый стейк из красного тунца с незамысловатым гарниром из нескольких ломтиков помидора и огурца и риса с шафраном. Правда, было еще пирожное с кремом и бутылка неплохого белого вина из франкских земель. В иные времена едал Игорь Викентиевич обеды и получше, — слава богу, много где бывал, — но сейчас с удовольствием съел даже эту унылую пародию на ресторанную кухню. Был дико голоден и кроме того отвык от рыбы. В Барентсбурге из рыбных деликатесов имелись лишь несколько банок красной икры. Так что настроение поднялось, подстегнутое к тому же почти целой бутылкой вина. Целая — не целая, а граммов семьсот Бармин употребил и потом всю дорогу до имения своей бабушки проспал в кресле, как младенец. Но спасибо Новгородцеву, тот разбудил Игоря минут за двадцать до посадки, так что Бармин успел до прибытия умыться и привести себя в порядок, выпить чашечку кофе с толикой коньяка и выкурить сигарету. В результате он окончательно проснулся и смог сосредоточиться на главном, что было отнюдь немаловажно в преддверии судьбоносной встречи.

— Выходим! — сообщил между тем Новгородцев.

— Как скажете. — Игорь надел свою пихору и пошел к открытому люку.