Последыш: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Свяжите его чем-нибудь, — приказал, втащив пленника на берег и бросив на землю. — Потом допросим.

2. Шестого мая 1983 года — утро и день

Заняться процедурами дознания удалось только ближе к вечеру. Где-то через полчаса после зачетного заплыва по Чудскому озеру примчалась "кавалерия" из Гдова, и остатки инсургентов были разгромлены быстро и решительно. Пленных по большей части не брали, — и зря, — так что большинство нападавших были убиты, но кое-кто все-таки уцелел и попал в плен. Таких было общим счетом шесть человек, из них четверо тяжелораненые. Раненых, оказав им первую помощь на месте, отправили в Гдов, в тюремный госпиталь, охрану в котором взяли на себя дружинники княгини Кемской. Городской голова, начальник полиции и комендант местной тюрьмы не возражали. Еще бы им возражать! Прошляпили нападение на княгиню, опоздали с помощью, хотя и получили оповещение одновременно с гдовскими казармами дружинников. Вообще, полиция и жандармерия сработали в эту ночь из рук вон плохо, и когда начальники соответствующих служб прибыли наконец в Надозерье, все еще носившее следы ожесточенного боя с применением автоматического оружия, гранат и магии, полковник Кальф-Калиф провел их сначала по местам боев, указывая на разбитые мраморные колонны и сбитую тут и там лепнину, дырки от пуль в мебели и стенах и пятна крови и копоти на драгоценных паркетах и резных панелях стен, и только после этого изрядно вспотевших чинов приняла у себя в кабинете белая от едва сдерживаемой ярости княгиня Кемская.

— Посмотрите, господа, — сказала она холодно, выкладывая перед ними пасьянс из цветных фотографий, на которых были видны трупы людей с оружием, -нападавших и защитников, — и лужи крови как раз в тех помещениях, по которым они только что прошли. — Это мой замок, между прочим. Мой! — повысила она голос. — А это окрестности, — кинула она фотографию со сгоревшей техникой на шоссе. — Вы умудрились проспать отряд из почти полста человек, господа. С базуками, минометами, крупнокалиберными пулеметами... И вот с этим! — Положила она перед ними фото побитой выстрелами полицейской машины.

— Ваши люди, между прочим! — добавила вдогон. — Две машины ДПС, четверо патрульных. Одного поганца взяли живым. Мало того, что предатель, так еще и трус. Не успели вопроса задать, а он уже соловьем поет. У вас, оказывается, половина службы, господа, прикормлена бандитами, а другая — вообще неизвестно кем. Что будем делать?

Разговор выдался тяжелым для чинов, и о том, что убивать их не будут, — а ведь могли, статус княгини позволял, — они поняли не сразу, потому что поначалу казалось, что Ее Светлость зачитывает им смертный приговор. Впрочем, в конце концов обошлось, но дешево отделаться не удалось, пришлось идти к Анне Георгиевне в кабалу: подписывать протоколы и соглашения, приносить вассальную присягу, и, как следствие, сдать службе безопасности княгини большую часть своих криминальных контактов и передать дружинникам капитана Взолмни контроль над системами городских и дорожных камер наблюдения и обеспечить специалистам полковника Кальф-Калифа допуск к линиям полицейской и правительственной связи.

— Прости, Ингвар, — сказала чуть позже княгиня Бармину. — Не думала, что до такого когда-нибудь дойдет. Атаковать меня! В моем доме! Перестала следить за обстановкой и не подумала, что обстоятельства уже изменились, и жить, как раньше, нельзя.

— Я все понимаю, — успокоил ее Игорь. — И вы ни в чем не виноваты. Просто раньше здесь не было меня. Да, и Варвары не было тоже.

К этому моменту уже состоялось краткое совещание с предварительным подведением итогов, и оба два, — капитан Взолмня и полковник Кальф-Калиф, — сообщили, что, по данным предварительного расследования, ночные убийцы конкретно охотились за Ингваром и Варварой. Остальные обитатели замка могли стать сопутствующими потерями, — некоторые и стали, — но в список главных целей они не входили, как и сама княгиня, защиту которой никто взламывать даже не пытался. Бармин об этом, впрочем, уже знал, но знание свое озвучил одному лишь полковнику Кальф-Калифу.

— Михаил Семенович, — сказал он, когда они остались наедине, — мне срочно, но негласно надо узнать все, что только возможно о моей единокровной сестре — дочери Маргарете фон Менгден. Вообще, все о семье Браге и нынешней семье Маргарет. Это возможно?

— Я сделаю все, что смогу, — пообещал полковник Кальф-Калиф, с новым интересом взглянув на Игоря, — но просил бы разрешить мне обратиться за помощью к моим старым друзьям. Мы вместе служили в гвардейском полку, и сейчас некоторые из них занимают весьма высокие должности в МИДе и в Главном Разведывательном Управлении. И, разумеется, у них имеются гораздо более широкие возможности, чем у отставника вроде меня.

— Согласен, — кивнул Игорь. — Разрешаю. В конце концов, здесь нет политики. Чисто семейное дело.

— Я тоже так думаю, — поддержал его полковник.

— Тогда, вот еще что, — выложил Игорь на стол плотно исписанную четвертушку бумаги. — Здесь полтора десятка имен и несколько адресов в Копенгагене, Орхусе и Ольборге. Про них тоже хотелось бы узнать. И не спрашивайте меня, пожалуйста, откуда я их взял. Врать не хочу, а правду сказать не могу. Но все это связано с ночными событиями.

— Принято, — ничуть не удивившись, кивнул полковник. — Постараюсь выполнить ваше задание как можно быстрее.

На том и расстались, но Игорю предстоял еще один немаловажный разговор. Произошедшее настроило его мысли на определенный лад, и он решил провентилировать вопрос у капитана Взолмни.

— Кондратий Тимофеевич, — сказал он, выслушав очередной экспресс-отчет полутысяцкого, — может быть, я не по адресу, но такой вопрос: вы не знаете, как бы можно было набрать собственную дружину? В смысле, где, как, к кому обратиться?

— Хотите иметь своих людей или сгодятся наемники? — ничуть не удивившись, уточнил мужчина.

— В идеале, хотелось бы своих, но, если не будет другого выхода, временно подойдут и наемники. Но тогда, вопрос, кого и где стоит нанимать? Я имею в виду, в империи или за границей?

— Думаю, что я смогу вам помочь, господин граф, — ответил на это Взолмня, — но это, господин граф, разговор не на пять минут. Давайте встретимся у меня, часиков в восемь вечера и тогда поговорим предметно и без лишних ушей.

— У вас, это в надвратной башне?

— Да, именно там. Мой кабинет на третьем ярусе, как раз под артиллерийской позицией.

"Да уж... И артиллерия есть, — грустно усмехнулся Бармин, — и средства ПВО, а взяли нас в оборот, и ничего из этого арсенала не пригодилось..."

— Договорились! — сказал Бармин вслух и пошел наконец обедать.

С завтраком у него не задалось, — съел на бегу какой-то наскоро сооруженный слугами бутерброд с ветчиной и сыром, и все, собственно, — но уж пообедать решил по-настоящему. Кухню к этому времени привели в порядок, — там тоже успели пострелять, — и оклемавшийся повар сразу же развил бурную деятельность. Нажарил, наварил и напек всяких вкусностей и разностей, чтобы, значит, снять у обитателей замка стресс. Вкусная еда, — это вам любой психиатр скажет, — способна отвлечь от тяжелых переживаний. Не всех, разумеется, да и ненадолго обычно, но все-таки многим помогает, и нынешний Бармин оказался одним из этих счастливчиков. Съев порцию картофельного салата с ростбифом, копченую семгу с парниковыми овощами, тарелку наваристой щучьей ухи и много жареного и печеного мяса, — телятины и свинины, — Игорь почувствовал отнюдь не сонливость, как можно было ожидать после бессонной ночи и сытного обеда, а, напротив, решительный прилив сил. К тому же он полностью успокоился, окончательно выбросив из головы все переживания, связанные с ночной бойней, и сразу после обеда, оставив своих подруг в замке, отправился на обход прилегающей территории. Тут, разумеется, успели уже с утра потоптаться жандармские и прокурорские дознаватели, но ему было интересно посмотреть на все самому при дневном освещении. И он не прогадал. Дурни из прокуратуры не обращали внимания на некоторые, казалось бы, второстепенные детали, которые, однако, многое могли рассказать человеку, знающему о возможной подоплеке событий. В кустах неподалеку от сгоревшего внедорожника Игорь обнаружил, по-видимому, выброшенный взрывом армейский автоматический пистолет Шоубое М1960, а в придорожной канаве — искореженный огнем пистолет-пулемет "Карл Густав". А еще неподалеку от моста, где Бармин расстрелял ночью ассасинскую засаду, он нашел "Записную книжку офицера", с надписью на обложке на алеманском языке и на данске. Сам Ингвар данск спрог не знал, но, оказывается, мог опознать его на письме.

"Даже не скрывались, — отметил Игорь, повертев в руках записную книжку. — Анонимность послали на фиг и действовали откровенно грубо..."

"И это, правильно, — решил он, обдумав произошедшее, — если бы у них получилось, то победителей ведь не судят. А вероятность успеха была весьма высока!"

Реконструкция событий, сделанная полковником Кальф-Калифом и капитаном Взолмня, не оставляла в этом сомнений: датские и голландские наемники проникли в замок благодарю предательству одного из слуг, к тому же среди них находились два мага. Слабеньких, — обоих убили во время боя, — но имеющих специфическую подготовку нидерландского спецназа. Они частью усыпили, а частью вырубили шоковыми ударами внешнюю охрану замка, беспрепятственно проникнув в палас и Круглую башню. И все бы у них сладилось, но они не знали, что княжна Збаражская обладает крайне сильным "тревожным чутьем", а "придурок с Груманта", — как окрестил Игоря, не владевший ситуацией заказчик, — по факту является высокоранговым боевым магом. Отсюда и провал. Елена подняла тревогу. Бармин "вынул" ее и себя из своих апартаментов и убрал, таким образом, из-под удара, а затем поднял тревогу. К спальням девушек убийцы опоздали буквально на минуту или две, но, когда все-таки туда добрались, их и след простыл, при том даже, что все пути отступления с третьего этажа паласа были перекрыты.

Потом нападающие лишились засады у моста, а вскоре была практически полностью уничтожена, доставившая их к месту операции автомобильная колонна, не говоря уже о заслоне, выставленном на шоссе из Гдова. А вот, если бы, у них получилось, то огрехи анонимности не играли бы никакой роли. Все равно сестренка из Дании стала бы наследницей графского титула. Во всю эту вполне логичную схему плохо встраивался один лишь "лодочник". По первому впечатлению, снайпер к группе наемников не принадлежал. И, вообще, он был русским, а не датчанином или голландцем.

Так оно и оказалось. Еще до допроса, — по отпечаткам пальцев и фотографии, — стало известно, что пойманный ассасин природный русак родом из Чернигова. Бывший снайпер полицейского спецназа из Тмутаракани. Но на ублюдке стоял такой крепкий блок, что при любой попытке нажать посильнее, стервец терял сознание. И чем сильнее был нажим, тем тяжелее была реакция, вплоть до инфаркта миокарда и эпилептического припадка с конвульсиями и пеной изо рта.