Последыш: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Но разве ваш род не прервался?

— Мой дед умер на плахе, — признал Игорь, гадая, куда может завести их этот разговор. — Мои родители умерли в ссылке. А я родился и вырос на Груманте и всего лишь пару месяцев назад получил разрешение покинуть остров. Но, как видите, я не тень отца Гамлета, а человек из плоти и крови, и поскольку император вернул мне имя, следует считать, что династия Менгденов не угасла.

— Ох! — сказала на это девушка. — Вы, Ингвар, просто, как герой романа. Граф Монтекристо...

— Я не бежал с острова Иф, меня отпустили, — возразил он с улыбкой, в очередной раз удивляясь причудам судьбы, подарившей Александра Дюма и его роман сразу обоим мирам.

Впрочем, в этом мире, Эдмон Дантес, хрен бы, свалил с Груманта. И дело не только в том, что до ближайшего берега тысяча сто километров Гренландского моря, а в том, что, во-первых, район Барентсбурга, — километров на пятьсот в окружности, — был заперт в какое-то там "Соляное кольцо Феньи". А во-вторых, как объяснила ему бабушка, на всех ссыльных поселенцах стоял "знак". Был ли такой "знак" у родившегося на острове Ингвара, сказать было трудно, но по факту помеченные, окажись они на Большой земле без позволения, просто сдохли бы, и дело с концом. Впрочем, может быть во Франкии и не было таких строгостей, и графу Монтекристо удалось бы бежать?

Между тем, танец закончился, и Бармину не пришлось продолжать эту странную беседу. Флиртовать с девушкой ему даже в голову не пришло, поскольку возможное развитие событий можно было выразить двумя словами: никаких перспектив. Мария совершенно не заинтересовала Игоря ни в качестве будущей жены, ни как удобная любовница. Слишком молода и к тому же находится "под крылом" брата. Зачем ему такие сложности?

Зато невысокая брюнетка, как раз присевшая на канапе у ближайшей стены, показалась ему одновременно и соблазнительной, и перспективной. Женщина была хороша собой и к тому же нет-нет, да поглядывала в его сторону. Во всяком случае, Игорь уже несколько раз перехватывал ее заинтересованный взгляд. Однако с ней он даже начать не успел. Только подумал, что надо бы познакомиться, как к нему подошел вежливый молодой человек и тихим голосом пригласил на приватную встречу с князем Глинским.

Глинский ждал его в своем рабочем кабинете. Впрочем, возможно, это был какой-то особый, личный кабинет главы могущественного клана. Наверняка, где-то в замке есть другое, более подходящее его положению в обществе помещение. Больше этого и с декором побогаче. С огромным письменным столом, книжными шкафами, глобусом и картинами и, разумеется, с настенной картой империи. Что-то в этом роде. Парадный или, скорее, официальный кабинет, торжественный и производящий на посетителей должное впечатление. Эта же комната была относительно небольшой, но зато по-деловому уютной. Удобный стол, за которым приятно работать, два простых кресла по обе его стороны, два книжных шкафа и все, собственно. Князь как раз сидел за столом и с любопытством, которого даже не пробовал скрывать, смотрел на вошедшего в кабинет Бармина.

— Решил вот познакомиться с вами лично, — объяснил он, не вставая. И жестом предложил Игорю сесть в кресло напротив.

— Что так? — усмехнулся в ответ Игорь. — Ваши посланницы не справились с заданием, и вы решили вмешаться?

— Да, девочки порядком опростоволосились, — без тени смущения признал Глинский. — К тому же, то, что они о вас рассказывают, Ингвар... Признаться, мне стало любопытно.

— Девочки? — уточнил Игорь.

— Они обе росли в моем доме, — объяснил князь, правильно оценив недоумение Бармина. — Так что, все правильно, для меня они точно такие же девочки, как моя Дарена.

— Значит, княжну Збаражскую вы тоже удочерили? — конкретизировал свой вопрос Игорь.

— Нет, — покачал Глинский головой. — Варвару удочерил, а Лена просто моя воспитанница. Ее родители, слава богу, живы. Но доверили мне ее воспитание и образование. Так иногда делается в высоких родах.

— Вы, князь, сказали слава богу, — уловил Бармин очередное несоответствие в деталях. — Разве вы не должны говорить, слава богам?

— Видите ли, Ингвар, я язычник, только там и тогда, где и когда мне это выгодно.

— Звучит цинично.

— Но не для вас, не правда ли?

— Это вам ваши девочки сказали?

— Да, — подтвердил Глинский. — Впрочем, кое-что я могу предположить, исходя из того, что знаю о вас. Вряд ли вы получили на Груманте правильное религиозное воспитание и образование. Я ведь не ошибаюсь, нет?

— Не ошибаетесь, — согласился Игорь.

— Я закурю? — кивнул Бармин на деревянную резную папиросницу, стоявшую слева от него едва ли не на самом краю столешницы.

— Угощайтесь! — Глинский протянул руку и, подцепив пальцем замочек, поднял крышку, продемонстрировав Бармину уложенные в два ряда сигареты с золотистыми и темно-коричневыми фильтрами. — Слева — те, что крепче, справа — те, что послабее. Зажигалка, пепельница, — пододвинул он к Бармину названные предметы. — Прошу вас, Ингвар! Приказать принести чай, кофе? Может быть выпьете со мной немного коньяка?

— Кофе, — благодарно кивнул Игорь. — Черный, без молока и сахара. А еще, если предстоит долгий разговор, я бы не отказался выпить хороший виски. У вас же, Нестор Изяславович, наверняка, есть в доме виски?

Говоря все это, Игорь демонстративно смотрел не на Глинского, а на стену, обшитую деревянными панелями, справа от себя. За ней он чувствовал присутствие человека, которого определил, как слугу. Вообще, "поисковое чутье", как за неимением другого подходящего термина называл Бармин свою новую способность, развивалось, становясь день ото дня все сильнее, не говоря уже о его "разрешающей способности".

— Хорошая чувствительность, — усмехнулся князь, он все понял правильно, но, как видно, смущаться по этому поводу совершенно не собирался.

— Все слышал? — кинул он в сторону потайной двери. — Прикажи принести, что сказано, а мне, как всегда.

Между тем, Игорь закурил и, расслабившись, откинулся на спинку кресла. Хамить могущественному главе клана он, разумеется, не собирался, как не собирался он так же робеть или, не попустите боги, пресмыкаться.

— Вижу, тебя действительно неплохо подготовили, — констатировал Глинский после нескольких минут молчания. — Снимаю шляпу перед твоим отцом. Учитывая, откуда ты прибыл, и как давно это случилось, моему удивлению нет предела. Ты совершенно не похож на необразованного пентюха из заполярья. Вижу, что не дурак и с характером, к тому же образован и отмечен Даром... Я ничего не упустил?