— Как поступать? Объяснись, мейра.
— Вот так!
Она подалась вперед, кулаки сжаты, синие глаза мечут молнии. Но тут уже не выдержал он. Мгновенно подхватил ее и опрокинул на кровать, а сам навис сверху.
— А как мне поступать?! М?! Может, вот так?!
Слишком близко были сейчас ее губы, слишком много кипело в обоих ярости. Поцелуй сорвался в шторм. Потом он заставил себя поднять голову и хрипло выдохнул:
— Определись, Эва.
Она тяжело дышала, синие глаза горели, как у кошки на охоте. Но она не отталкивала его. А у него по губам поползла довольная улыбка. Запустил руку в карман и высыпал на постель рядом с ней горсть крупных прозрачных кристаллов. Эва повернула голову.
— Ты все-таки принес их?
А он насмешливо вскинул бровь и протянул с ленцой:
— Ну, мейра, ты же хотела блестящие камушки.
Она смерила его взглядом и не женски сильно двинула кулаком в челюсть, а потом сказала:
— Пойдем ужинать. Я сварила кашу из топора.
Внезапно стало так легко. Энгвард откинулся назад и расхохотался, а женщина ловко выскользнула из захвата, встала и ушла в комнату. Он помял челюсть, поправил рубашку и, все еще посмеиваясь, пошел вслед за ней.
— Садись за стол, — скомандовала мейра.
А сама сняла крышку с котелка и стала накладывать ему порцию каши с мясом и специями. Пахло так вкусно, что он невольно сглотнул. Но вот она пододвинула к нему солидную миску, наполненную с горкой, и встала, глядя на него:
— Пробуй.
На вкус это оказалось даже лучше, чем выглядело. Может, конечно, Энгвард был просто адски голоден, но ему показалось, что ничего вкуснее не ел в жизни.
— Мммм! — протянул он восхищенно. — Да ты просто клад, мейра!
— Вот именно. А кто ценит? — сварливо буркнула та, но уже без злости.
Стала накладывать себе порцию, и скоро они уже оба увлеченно стучали ложками. Но у Энгварда миска как-то внезапно опустела. Он облизал ложку и вытянул шею, заглядывая в котелок, а женщина заливисто засмеялась.
Она казалась ему невзрачной? У нее жемчужные зубы и смех, словно колокольчик. И румянец. И мелкие веснушки на носу. А глаза…
— Еще? — спросила она, прервав его размышления.
— Угу! — Энгвард оперся локтями о стол и подался вперед, глядя, как она наполняет миску. — И, кстати, мейра, не подскажешь рецептик?
Она сверкнула на него взглядом, однако усмехнулась. Потом махнула рукой.
— Ну слушай, если хочешь.
И отвернулась.
— Мм-мм, я весь внимание, — жуя, проговорил он.
И тут она повернулась и стала рассказывать, одновременно орудуя ложкой:
— Топор, он ведь варится долго, правда? Так вот. Берешь котелок, наполняешь водой и начинаешь варить топор. И пока он варится, ищешь вокруг съестное. Желательно, конечно, крупу и мясо, но в дело пойдет все: рябчики, засохший сыр, жир со старой сковородки, ремни, яйца, столярный клей, подметки…
Мейра вещала с таким вдумчивым и непростым лицом, что он поневоле застыл и заглянул в миску, нет ли там столярного клея или подметок. А она ткнула в него пальцем и стала потихоньку сползать под стол. Однако прокашлялась и продолжила:
Конец ознакомительного фрагмента.