— Где она? Я могу ее видеть?
— Какой ты быстрый! — проскрипели старухи. — Она сейчас спит. Приходи завтра, глава.
Его стало заливать досадой, однако Энгвард понимал, что проявлять досаду неуместно. Поблагодарил женщин и предупредил, что зайдет завтра.
Оттуда он направился в зал, где был назначен общий сбор. Шел медленно, не спешил. Обдумывал все, что за этот день узнал. Кое-что вырисовывалось. Но картина получалась не совсем ясная. Ему необходимо было понять, что именно произошло в тот день. Без этого никак.
К тому времени, когда он добрался, все Стражи были уже на месте, не хватало только Гойрана. Энгвард собирался спросить, где он, но в этом момент Гой появился.
Надо было все же выбираться раньше. Он чуть не опоздал. Глава проводил его таким взглядом, что, если б мог, шкуру бы с него содрал. Подумаешь, святоша, как будто никто, кроме него, никогда не опаздывал.
«Иди к Хаосу», — мысленно выругался Гойран и быстро огляделся.
Все уже были на месте. И даже трое парней, что прошли ритуал неделю назад. «Счастливцев» было видно издали. Взъерошенные, глаза горят, как у мартовских котов. Он отсюда видел, что их просто распирает. Нажрались, гады!
Гойран невольно сглотнул голодную слюну.
Но для его планов ему желательно было оставаться «холостым». Но слишком уж нехорошо поглядывал на него Энгвард. Возможно, чтобы отвести от себя подозрения и притупить его бдительность, придется все-таки пройти ритуал. А дальше уже думать, что делать с этой дурехой.
Он расправил плечи, осмотрелся вокруг себя и занял место в строю.
Говорили о разном, под конец Бейл объявил при всех, что хочет ночью пройти ритуал. Стражи принялись поздравлять его и подкалывать:
— Тоже хочешь пополнить ряды счастливцев?
— Глянь на него, у него же слюни текут!
— Хоть успел попробовать товар? И все кругами ходишь?
Бейл огрызался. Гойран равнодушно слушал эту перепалку, и вдруг Энгвард резко обернулся к нему и спросил жестко:
— А ты, Гой? Не собираешься проводить ритуал?
У него буквально зазвенело в ушах. Все на него уставились, повисла тишина, а вечный подпевала Озран поддакнул:
— Да, хорошо бы вместе, а то каждому по отдельности затратно.
Гойран внезапно почувствовал, что его взяли за горло. Цепляться сейчас с Эном, почему тот не проводит, не имело смысла. Гойран понимал, что тут уже все спелись, отказавшись, он только навлечет на себя больше подозрений. Поэтому хохотнул, подавляя подступившую злость:
— Хах! Почему нет? Давайте.
В конце концов, придумает, что делать с ней потом.
Энгвард все это время смотрел на него не отрываясь. И думал: «Только откажись!». Ведь у Гоя на роже было написано, что он опять девчонку пробовал и хапнул здорово. Завтра Эва будет лечить ее и ругаться на чем свет стоит.
Не отказался. Что ж, одной заботой меньше.
— Хорошо, — сказал Энгвард, кивнув ему и Бейлу. — Приведете женщин в зал ночью.
Он уже собрался отпустить всех, но тут случилось кое-что непредвиденное.
Звук. Глухой, далекий, протяжный. Не тот, означавший, что началось возмущение в Разломе. Сигнал пришел с приграничных с территорией Стражей земель империи. Кто-то просил официального разрешения на въезд.
Разговоры мгновенно стихли. Стражи замерли, прислушиваясь. Не так уж часто случалось подобное. На самом деле, на его памяти — никогда, Энгвард невольно напрягся.
— Все свободны, — проговорил он. — Встречаемся в зале ночью.
И первый двинулся к выходу.