Эвансон взял со стола алюминиевый метр и начал одним концом засовывать его в сумочку. Метр вошел сначала на всю глубину сумочки, а потом… просунулся дальше, но на дне сумочки не появилось ни малейшей выпуклости! Коллинз вытаращил глаза.
— Господи, как это?!
— А вот так. Может быть, он уходит в четвертое измерение.
Или еще куда-нибудь. Я не знаю.
— Чепуха!
— А куда, по-твоему, он девается?
Эвансон вытащил метр и положил его на стол.
— И еще одно, — добавил он. — Как мы ни старались, мы не смогли вывернуть эту штуку наизнанку.
Коллинз заглянул в темное нутро сумочки и осторожно поскреб ногтем металлическое кольцо. Появилась блестящая царапина.
— Алюминий, — протянул он. — Окантовка алюминиевая.
Эвансон взял сумочку и посмотрел.
— Дело в том, что она воровала только алюминиевые вещи, — сказал он. — Мы и позвали тебя, потому что ты хороший механик и все знаешь про металлы. Мы уже три дня бьемся. Может, у тебя что-нибудь получится.
— А что вы делали?
— Пихали туда все, что попадалось под руку. Просвечивали эту штуку чем только можно. Результата — ноль. Хотелось бы понять, куда попадают вещи, которые мы в нее кладем.
Коллинз бросил в сумочку алюминиевую пуговицу. Пуговица пролетела сквозь алюминиевое кольцо и исчезла.
— А почему вы не смогли ее вывернуть наизнанку? — спросил Коллинз.
— Понимаешь, это геометрическая форма второго порядка. — Эвансон не спеша зажег сигарету и продолжил. — Например, сфера или просто резиновый мячик — это геометрическая форма первого порядка. Тело такой формы можно вывернуть наизнанку через маленькую дырочку, проделанную в его поверхности. А вот автомобильную камеру так не вывернешь.
— Почему это?
— Потому что в ней есть дырка. А дырку сквозь дырку никак не протащишь. Даже если это совсем крохотная дырочка.
— И что? — продолжал недоумевать Коллинз.
— То же самое с этой сумочкой. Мы думаем, что она обернута вокруг куска другой Вселенной, четырехмерной. Если попытаться протянуть ту Вселенную сквозь нашу, бог знает что получится.
— Но резиновую камеру можно вывернуть. Конечно, она уже не будет сама на себя похожа, но все-таки она вся пролезет сквозь дырку Эвансон с сомнением взглянул на сумочку.
— Может быть, и так. Геометрическая форма второго порядка под напряжением. Тут только одно препятствие. Это уже вообще будет не внутренняя трубка, а неизвестно что.
Эвансон сунул в сумочку четвертый за время разговора алюминиевый предмет и устало покачал головой.
— Не знаю, в чем тут дело. Что-то ведь забирает весь этот алюминий.
Он засунул в сумочку деревянную линейку. Линейка тут же выскочила обратно.
— Видишь? Этой штуке нужен только алюминий и больше ничего. У того детектива были на руке армейские алюминиевые часы и два золотых кольца. Пропали только часы.
— Давай поиграем в угадайку, — неожиданно предложил Коллинз.
— Как это? — удивился Эвансон.
— А вот так, — улыбнулся Коллинз. — Что уж там в этой твоей резиновой камере, не знаю, но ясно, что оно любит алюминий. Так? Вокруг отверстия сумочки алюминиевое кольцо. Похоже на ворота, верно? Но ворота эти маленькие, и алюминия сквозь них проходит мало. Им, наверное, надо гораздо больше.