– Не говори такие ужасные вещи.
– Ну, может быть, это был бы не нож, а стрихнин в супе.
Розалин уставилась на него, ее губы дрожали.
– Ты шутишь…
Дэвид вновь стал серьезным:
– Не бойся, Розалин. Я о тебе позабочусь. Им придется иметь дело со мной.
– Если это правда, – запинаясь, спросила она, – что они ненавидят нас… ненавидят меня… то почему бы нам не уехать в Лондон? Там мы были бы в безопасности – вдали от них.
– Деревня тебе на пользу, девочка. Ты ведь знаешь, что в Лондоне тебе становится хуже.
– Это было, когда его бомбили… – Розалин задрожала и закрыла глаза. – Я никогда этого не забуду…
– Еще как забудешь! – Дэвид осторожно взял ее за плечи и слегка встряхнул. – Выбрось это из головы, Розалин. Ты была контужена, но теперь все кончено. Бомб больше нет. Не думай о них. Доктор сказал, что сельская жизнь и деревенский воздух пойдут тебе на пользу. Вот почему я держу тебя подальше от Лондона.
– В самом деле? А я подумала…
– Что ты подумала?
– Что ты хочешь быть здесь из-за нее, – медленно сказала Розалин.
– Из-за нее?
– Ты знаешь, о ком я. О той девушке, которая служила в армии.
Лицо Дэвида внезапно стало суровым.
– Линн Марчмонт?
– Она что-то значит для тебя, Дэвид?
– Линн – невеста этого тупоголового бычка, Роули.
– Я видела, как ты разговаривал с ней тем вечером.
– Ради бога, Розалин…
– И ты ведь встречался с ней после этого, не так ли?
– Я столкнулся с ней возле фермы однажды утром, когда ездил верхом.
– И будешь сталкиваться снова.
– Конечно, буду! Это крошечная деревушка. Тут шагу нельзя ступить, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из Клоудов. Но если ты думаешь, что я влюбился в Линн Марчмонт, то ты ошибаешься. Она заносчивая и неприятная девица со злым языком. Пускай Роули с ней справляется. Нет, Розалин, она не в моем вкусе.
– Ты уверен, Дэвид? – с сомнением спросила девушка.
– Конечно, уверен.
– Я знаю, ты не любишь, когда я гадаю на картах, – робко проговорила Розалин. – Но они говорят правду. Карты сказали, что девушка, приехавшая из-за моря, принесет нам несчастье. Потом в нашу жизнь войдет незнакомый брюнет – он тоже грозит бедой. Еще выпала карта, означающая смерть, и…
– Ох уж эти мне незнакомые брюнеты! – Дэвид рассмеялся. – Советую тебе держаться от них подальше. Сколько же в тебе суеверий! – Продолжая смеяться, он направился к двери, но, выйдя из дома, нахмурился и пробормотал: – Черт бы тебя побрал, Линн! Вернулась из-за моря и расстроила все планы. – Дэвид понимал, что намеренно идет туда, где надеялся встретить девушку, которую только что проклинал.
Розалин наблюдала, как он шагал по саду к калитке, выходящей на дорожку через поле. Потом она поднялась к себе в спальню и стала перебирать одежду в гардеробе. Ей нравилось трогать новое норковое манто – она и представить себе не могла, что у нее когда-нибудь будет такое. Розалин все еще была в спальне, когда горничная сообщила, что пришла миссис Марчмонт.