— Как ты нашёл меня?
Хранитель посмотрел на набычившегося Михея и отрицательно качнул головой, мол, не делай глупостей. Михей упрямо поджал губы и превратил глаза в щёлочки. Бэт напряжённо наблюдала за ним, отступив к сыну, похожая на готовую к прыжку пантеру. Эрих замер в торжественной позе, прикрыл глаза и внимательно прислушивался к разговору.
— Зеркало твоей матери, — Мельхиор присел на корточки. — Оно само нашло тебя.
Михей поднял взгляд на Хозяина Острова.
— Что такое это Зеркало? — спросил он.
Аист дёрнул губами: то ли улыбнулся, то ли выказал презрение. Окинул с высоты фонтана Михея изучающим взглядом.
— Твой новый зверёк? — Мельхиор вернулся вниманием к Хранителю.
— Мой муравей, — Саартан подмигнул зреющему возмущениями Михею.
Аист хмыкнул.
— Тогда держи его в банке, — проворчал он. — Раздражает.
Сдержать негодование Михея превратилось в нелёгкую задачу. Саартан поморщился, сложил все шесть крыльев за спиной, неспешно подошёл к пыхтящему мальчишке и положил ему руку на плечо. Михей сгорбился и поглубже засунул руки в карманы шорт. Задышал часто, раздувая ноздри, но промолчал.
— Ты подсунул Зеркало кураторам, — Саартан задумчиво разглядывал рыжую макушку. — Чтобы они заточили меня в нём вместо Созидающей.
— Спрятали.
— Как ты хотел спрятать своего сына?
Теперь поморщился Хозяин Острова.
— Ты создал дурную репутацию детям смешенной крови в нашей семье, — сказал он. — Мои братья планировали использовать тебя для ликвидации Менкара, а затем уничтожить. Они до сих пор верят, что ты погиб при взрыве. Или стал одним из пленников Котлована. Кесефа чувствовала, что ты жив, и просила меня найти тебя. Я посылал самых доверенных кураторов в миры с пророчествами, искал Разрушителя. А ты сам пришёл ко мне.
— Чтобы умереть как Разрушитель и воскреснуть твоим любимым племянничком?
— Почти.
Михей шумно выдохнул и зажмурился. Саартан мягко надавил ладонью на его плечо.
— И стравил меня с драконоборцем, чтобы вырастить себе Спасителя.
— Я должен обезопасить Суушир. Не хочу, чтобы ты и здесь нашалил лишнего. А силу Кофе ты передал сам. Желания и эмоции цайаров созидательны, поэтому мы держим их в узде. Бастарды всё никак не могут этому научиться. Поэтому они опасны.
— Ох! — не выдержал Михей. — Так Саа кузен Шу?!
— Лисёнок шокирован? — Саартан усмехнулся. — Ирония судьбы, правда?
— Но так даже в сказках не бывает! — Михей уставился на него круглыми глазами. — Это… уже слишком! Ты то дракон, то не дракон, то радужный, то красный, то чёрный, то вообще не пойми кто! И… О! Вот про что ты говорил! Вот чего я не понимал! Ты-Саа и ты-Миф — одно и тоже! И там, в твоём сознании, ты не подслушивал, ты просто никуда не уходил! И убил меня… дважды. И… как же мне теперь тебя называть? Ты ведь… ты ведь мой Саа, понимаешь?!
— Твой Саа, — Саартан кивнул. — Так было. Так будет. Если ты во мне ещё не разочаровался, конечно.
— Я? — Михей искренне удивился. — Ох, Саа! Да я в тебе души не чаю! Ты же…
— Ах, ну хватит уже! — Мельхиор выпрямился. — Пора с этим заканчивать. Пророчество должно оставить этот мир.
Эрих открыл глаза. Глефа снова оказалась у него в руках. Он шевельнул крыльями, сделал шаг навстречу Хранителю. Бэт подхватила сына на руки, прижала к себе и скрылась с ним за живой изгородью высокого кустарника. Михей, не долго думая, выхватил из кармана шприц-ампулу, вывернулся и в подскоке всадил его в шею Саартану. Не успели пятки Михея коснуться земли, а ампула упасть на мраморные плиты, как кинжал с рубином в оголовке по самую рукоять вошёл в сердце Хранителя.
Мельхиор вскинул брови и жестом остановил им сотворённого Спасителя. Саартан пошатнулся, крылья за его спиной взметнулись чёрными лентами, рванули к ойкнувшему Михею, спеленали его в кокон. Маска на лице Хранителя ожила, потекла, потянулась извивающимися струйками к испуганному мальчишке, чтобы выпить его, высушить. Где-то вдалеке послышался громкий детский плач. Эрих заморгал, приходя в себя, его белые крылья опали и рассыпались снежным пухом. Глефа растворилась в ладонях. Эрих ошалело завертел головой.
— Элис! — он бросился сквозь кусты на плач.