Абсолютное кормило: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Уанхорн быстро кивнул и отошел. Гигант подписал договор, затем бросил перо на стол.

— Мы закончили, —  заявил Серый Глаз. — Теперь мы являемся Альянсом Бехолдеров, и я обещаю вам безоговорочную победу в нашей войне против неогов.

— Наши ресурсы велики, наши клинки остры, а наши силы могущественны. Сейчас… мы должны подготовиться к битве. К концу дня наши мечи покраснеют от холодной крови наших врагов, и тогда наш приз будет выложен перед нами, и наши силы будут непобедимы.

— Неоги будут мертвы. Нам нечего будет бояться Владельца Плаща, и Темные Времена никогда не наступят.

Здание за зданием Гея исследовала огромный корабль. Ее астральное тело невидимо парило среди людей и гномов, иллитидов и халфлингов; она прошла через открытый рынок и выше, через корабельные склады, и через все этажи и комнаты башни Гильдии Леостера. Она бесшумно прошла сквозь стены терминала и башни иллитидов, и некоторое время оставалась в Цитадели Ковы и изучала действия гномов.

Хотя она приказала себе оставаться невидимой людям «Спеллджаммера», она могла видеть, как ее собственные врожденные энергии текут вокруг нее, пронизывая ее существо мягким золотистым светом. Ее одеяния, одеяния послушницы, шелестели вокруг нее, будто на призрачном ветру, а пояс, который был ее знаком достижения, светился изнутри древними символами, которые были там зафиксированы.

Ее обучение псионике было завершено. Под руководством фала «Уан Сикс Найн» она стала мастером псионики, умственных способностей, которые некоторым казались волшебными. Она долго была в разлуке с Телдином, мужчиной, которого полюбила, а потом вынуждена была уйти от него. Она решила искать свою собственную судьбу с «Уан Сикс Найн», как и Владелец Плаща, и именно тогда, в последние дни обучения, ее псионические способности показали ей, что их судьбы переплетены. И, что ее испытание огнем состоится не у фала, а за миллионы миль отсюда, на корабле под названием «Спеллджаммер», и рядом с Владельцем Плаща.… Там, где она всегда хотела быть. Невидимая, она увидела, как началась битва между корабельными эльфами и гоблинами, когда властный эльф по имени Каррара, на щите которого был изображен эльфийский орел, пронзил своим широким мечом гоблина по имени Край. Затем встретились силы  с обеих сторон, и она почувствовала боль и души умирающих, когда пролилась кровь; затем исчезла за стенами кварталов гоблинов, и вернулась в хвост «Спеллджаммера».

Во время своего путешествия по кораблю она видела армии, готовящиеся к битве, воинов, отрабатывающих удары мечом перед зеркалами. В залах собраний и в тавернах она слышала шепоты о предательстве, об угрозах войны. Она подслушала слова ненависти и наблюдала, как затачивают и готовят оружие. Снова и снова она слышала разговоры о мифе, предсказывающем приход Владельца Плаща. В покоях эльфов, иллитидов, всех долгоживущих рас, населявших великий корабль, те, кто помнил последние Темные Времена, были полны страха, ибо Темные Времена не означали ничего, кроме длительного периода голода для слабых, бесконечных сражений за еду и припасы.

Она знала, что именно приход Владельца Плаща снова приведет к войне. Вскоре палубы «Спеллджаммера» покраснеют, поскольку различные фракции корабля будут убивать друг друга, чтобы завладеть плащом, прежде чем Владелец Плаща сможет достичь своей цели. Она вздрогнула где-то на другом конце вселенной. Скоро ее поиски в «Спеллджаммере» будут завершены. Астральная форма Геадрель Голдринг, чье тело находилось в глубоком трансе в нескольких миллионах миль, в «Пастушьем Пространстве», скоро вернется на «Спеллджаммер», к Телдину Муру, к Телдину Владельцу Плаща, и поможет направить его — к его судьбе… К судьбе, в которой она не была уверена, в которой он вряд ли выживет.

Глава одиннадцатая

«... Важны не ответы на вопросы. Именно сам поиск определяет его собственную значимость. Это мужество следовать курсом, продиктованным вашими самыми тайными, сокровенными потребностями, а не курсом, направленным вашими низменными желаниями или безумствами. Когда вы выполняете поиск, вы находите себя...»

Бествик, искатель приключений; правление Индара.

*****

Леостер IV, король башни Гильдии, пробыл с Квеланой более трех часов, потратив время на очищение от пагубного зла, которое витало в ее сознании.

Повреждение ее разума, несомненно, было делом рук могущественного мага неогов; яркая татуировка была достаточным доказательством их работы, но в ней не было необходимости; татуировка была нефункциональной, просто признаком садистского эго черного мага и его ненависти к человечеству.

Сначала Квелана была привязана к кровати веревками, а ее раненая рука — привязана к животу. Позже Леостер успокаивал ее заклинаниями и поглощал часть ее боли своими собственными значительными эмпатическими навыками. Он почувствовал, как ее ужас расцвел кроваво-красной точкой огня, когда  увидел, через что неоги заставили пройти Квелану, когда он почувствовал, как неоги изнасиловали ее разум и принудили убить человека, которого она любила.

Леостер один раз даже закричал вместе с ней, связанный ее болью и страхом. Стражники ворвались внутрь, думая, что шпионка неогов сделала что-то ужасное со стариком, и уставились на таинственные символы, нарисованные на стенах чем-то похожим на кровь и мел, на замысловатые узоры, выгравированные селитрой и измельченными костями на полу, на мерцающие шары света, ярко плавающие у ее головы, рук и ног. Леостер, мокрый от пота, казался диким, он больше не был человеком, рожденным в знати, главой королевского дома. Его тело было напряжено и дрожало от напряжения, когда он высасывал зло из души Квеланы. Он уставился на охранников и крикнул сквозь оскаленные зубы: — Убирайтесь! Убирайтесь сейчас же, или она будет для нас потеряна!

Стражники медленно отступили, уставившись в полузакрытые глаза эльфа, клубящиеся изнутри бледно-голубым туманом. Они закрыли за собой дверь и встали снаружи с мечами наготове. Никогда больше они не будут считать Леостера кем-то меньшим, чем настоящим королем.

Леостер вышел много позже. Его лицо было осунувшимся и бледным, казалось, на десять лет старше, чем когда он вошел в ее комнату. Но он стоял гордо, уверенный, что эльфийка спасена. Под его присмотром ее приступы убийственной ярости были подавлены, и он погрузил ее в сон, чтобы его магия могла легче проникнуть в ее разум и очистить его от всякого злого влияния.

Телдин расхаживал за дверью. Леостер покачал головой, покрытой бисеринками пота. — Они сделали с ней свою работу, я согласен с вами, Владелец Плаща. Какое-то время я думал, что она потеряна навсегда.

Он посмотрел в лицо Телдину. — Часть ее не хотела жить, еще до того, что она пыталась сделать с вами. Я думаю, вам нужно будет позаботиться об этом. Я сделал все, что мог, все, что может сделать любой человек. Ее эльфийская сила помогла ей. Если бы она была человеком, я сомневаюсь, что она пережила бы магию неогов.

Он положил руку на плечо Телдина. — Теперь, если вы любите ее, и если мои старые глаза все еще могут видеть правильно, я думаю, что вы должны вернуть ее. Покажите ей, что вам не все равно, что вы понимаете, что это была не она. Вот чего она боится: что вы ее не простите.

Телдин, молча, кивнул, затем поблагодарил короля за приход. Леостер быстро посоветовал ему дать Квелане немного поспать. — Не заходите пока внутрь. Ей нужен отдых, — сказал Леостер. — Ей нужно исцелиться. У вас будет достаточно времени для примирения.

Телдин позволил ей поспать несколько часов, прежде чем его забота о ней взяла верх. Он покинул встречу с КассаРоком и Чаладаром и поднялся по лестнице в ее покои.

Двое вооруженных охранников стояли снаружи в коридоре. Телдин считал, что в них нет необходимости, но КассаРок настоял на этом в качестве меры предосторожности. — Посмотрите, что случилось в прошлый раз, — сказал он. Телдин потянулся к двери.

В комнате пахло благовониями и лекарствами. Он закрыл за собой дверь и встал над ней, наблюдая за ее лицом в свете от потока.

Ее волосы были влажными и жесткими, там, где она сильно вспотела во время борьбы с магией Леостера. Ее лицо казалось тоньше, бледнее, и она мирно дышала во сне.

Кости ее запястья были заживлены целителями КассаРока, но в качестве меры предосторожности ее рука была крепко забинтована и смазана обезболивающим зельем. Простыни свалились, обнажив ее плечи и выпуклости грудей. Он потянулся, чтобы прикрыть ее, затем с нарастающим гневом уставился на клеймо, которое навсегда испортило ее некогда совершенную плоть.

Телдин знал, что убьет ублюдка неоги, который пометил ее. На этот раз Телдин хотел, чтобы его руки были в крови.

Он накинул простыни ей по шею, сел на деревянный стул рядом с койкой, и наблюдал за Квеланой несколько минут, затем позволил своим глазам закрыться, отдыхая. Слишком многое с ним уже произошло, а он пробыл на борту «Спеллджаммера» всего один день. Теперь он чувствовал это всеми своими костями, и мягкий свет и запахи расслабили его, окутали, как заклинание.