Его губы дрогнули в улыбке.
— Тебя, — он отошел. — Он принес новость из столицы. Император Ичиго мертв.
Ичиго… мертв? Этого не могло быть. Потому Ичиё мог действовать безнаказанно?
— Ичиё теперь император.
— Да. Больше никто не борется с ним, кроме нас и, может, пары других меньших кланов. Это не считается угрозой. Ноэ знает это и изменил условия, — он смотрел на нее пристально. — Он хочет тебя и Акито в обмен на наш иммунитет.
Она сглотнула, грудь сдавило. Старая тревога, как при ее прибытии, вернулась: ее жизнь или его клан.
— И что ты ему сказал?
— Тц. Ты как думаешь? Я сказал ему убираться, — он сунул ладони в рукава.
Страх отпустил ее сердце, сменился уколом вины.
— Ты уверен, что это…
— Да, уверен, — Саитама взглянул на свои ноги. — До твоей поимки я хотел поговорить с тобой об этом. Но все зависит от того, готова ли ты биться на, скорее всего, стороне проигравших.
Но даже веря, что они проиграют, он боролся.
— Не спеши с выводами. Ты еще н проиграл. Ты еще тут.
— Да. Как и ты. Что ты думаешь насчет клятвы нам?
— Я… что? — клятва? Верность другому клану? Она уже клялась. И это не…
Но это было глубже, да? Она видела по его взгляду, строгому и пронизывающему, пытающемуся добыть ответы из выражения ее лица.
Ее отказ был таким же весомым, как и согласие.
Он пожал плечами.
— Выступи против Фракции со мной… с нами. Я знаю, ты хотела уйти, и если ты все еще этого хочешь, я не буду мешать. Но у тебя есть место тут, если хочешь. Ты могла уйти в день налета. Но ты осталась и рискнула собой, чтобы помочь нам в час нужды. Я не могу игнорировать это.
Эма покачала головой, скрестила руки на груди.
— Я сделала то, что сделал бы любой. И я поступила бы так снова.
— Никто тебя не просил. Не вини себя в помощи, когда ты смогла ее предоставить.
Она фыркнула.
— Тогда тебе нужно знать, что, если я соглашусь, я не могу обещать слепое послушание. Я уже так делала.
— Я бы от тебя этого и не просил.
— И мое прошлое. На моих руках много крови.
— У всех нас кровь на руках, — сказал Саитама. — Вся страна пропитана кровью. И те, кто выше нас, рады хаосу и сомнениям, — он склонил голову, шагнул ближе. — Я понимаю твое смятение, особенно, после произошедшего. Я предлагаю место, которое можно звать домом, даже если временно. Но я не буду давить. Если хочешь уйти, мы поможем тебе пройти мимо Фракции. Если захочешь что-то другое, объясни свои намерения насчёт Ноэ и всего этого, и мы поговорим.
— Я обдумаю это.
— Тогда завтра. Времени нет.
— Конечно, — она могла официально остаться тут? Должна ли?