— Да нет уж, так дело не пойдет, — вставился взрослый врач. — Ты и впрямь должен пойти и вернуть свое счастье, свою любовь!
— А о нем мы позаботимся сами, — похлопала Харди по плечу девушка. — А ты давай, поезжай, парень из шара! — посмотрела она на Джейка до одурения ебливым сверлящим взглядом.
— Ну, хорошо, — неожиданно согласился тот.
— Вот и славно, Джейки, — кивнул и Том, которого не на шутку заклонило в сон то ли от ранения, то ли от содержания мескалина в крови. — Найди, сука-бля, и помирись. А уж потом и свидимся.
— Только откуда же начать поиски Лисоньки? — почесал волевой подбородок Джейк. — Как думаешь, Томми? Ты же полицейский. Откуда мне начать искать?
— Думаю, начни с ее родного города, — предложил Харди.
— С родного города? То бишь с ЭлЭя. Ну, попробую так! Хотя, вряд ли она туда поехала, ведь является беглой преступницей, обвиняемой в нескольких убийствах…
— В смысле, сука-бля? — охуел Том. — Преступница?! Какого хуя ты не сообщил это раньше, пиздюк?!
— Ой, не думаю, что это важно, когда человек-то она хороший! Ты же сам так сказал! — хлопнул себя по бедрам Джилленхол.
— Ладно, сук-бля, потом за это побазарим, а сейчас пиздруй искать свою Лису, — отмахулся Том.
— Ладно, хорошо. Сделаю все так, как велел мне старший братишка, — кивнул парень из шара. — Это, пацаны, вы уж позаботьтесь о Томми, — обратился он к врачам, но не карликом, ибо не понимал — люди ли те вообще. — Вот, держите, это ключи от моего Шевроле! Довезите его до Сиэтла, как излечите! — сделала он шаг доброй воли, кинув девушке ключи от своего синего под цвет глаз авто.
— Все, иди уже, придурок! — поймала она их, приказным взглядом посмотрев сначала на Джейка, потом на входную дверь.
— Все, ушел! — по-собачьи повилял задом тот. — Томми, я очень рад что мы помирились. С этого дня начнется новый период и в твоей, и в моей жизни! Ты уж мне поверь, уж поверь! — крепко обнял он брата.
— Все, вали, сука-бля, пиздюк! Позвонишь, как все уладишь! — принялся поторапливать брата Харди, держась из последних сил, чтобы не отрубиться, и все же не выдержал, громко зевнул да уснул крепким сном раненого, но умиротворенного наркомана.
Проснулся Том уже совершенно в другом месте. Пред ним предстал серый велюровый потолок, и Харди понял, что лежит на заднем сидении автомобиля. В груди болело, а во рту пересохло. Постепенно он вспомнил все предшествующие события и перевел взгляд на водителя.
— Ты кто, пизда? — обратился он к блондинке за рулем.
Та взглянула на него через зеркало заднего вида, приподняв пышную бровь и улыбнувшись уголком рта.
— Совсем ничего не помнишь, любезный? — спросила девушка.
— Да, сука-бля, помню. Но кто ты, как не знал, так и не знаю, — слабо пробормотал Том, глядя на свет фар проезжающих мимо машин.
— Ну врач я, допустим, — пожала плечами незнакомка и закурила.
— Понял… И куда везешь меня? — накинул еще один вопрос Том.
— А куда надо? — по-еврейски ответила девушка.
— Домой бы, сука-бля, в Сиэтл, — пояснил за желания Харди.
— Так туда и едем, — сложила пальцы кольцом она. — Ты это, отдохни еще давай. Ехать долго. Потом побазарим за жизнь.
И сержант последовал мудрому совету незнакомки. Веки потяжелели, и он вновь провалился то ли в сон, то ли в небытие, то ли и вовсе впал в миникому.
Сквозь пелену, затуманившую сознание, Том слышал только размеренный шум двигателя, гул автомобильного потока и собственный пульс. Еще через какое-то время донесся приглушенный мотив, который вырвал его из темноты и заставил открыть глаза.
— Но мои мечты, они не так пусты, как может показаться, — завывал из магнитолы Фред Дерст.
Снаружи уже стемнело. Том облизал пересохшие губы и вновь взглянул на девушку за рулем. Та подпевала Фреду, выстукивая одной рукой по рулю ритм, во второй — держа стаканчик кофе.
— Попить есть, сука-бля? — прохрипел Харди и попытался приподняться. Боль в груди уже была не так ощутима, но слабость сковала все тело.