— Пап… — осторожно постучал он в тяжелую деревянную дверь и, не дожидаясь ответа, открыл ее. — Пап…
У стола в большом кресле с кожаной обивкой, развернувшись к окну сидел Кристофер и задумчиво смотрел сквозь стекло. Он был одет в кардиган-пальто из мягкого бежевого трикотажа, клетчатые брюки и вельветовые тапочки. Позади него, на столе, лежала шляпа.
— Пааап, — позвал вновь Том, но ответа не последовало. Тогда он подошел к креслу, присел на корточки и положил ладонь на морщинистую руку отца.
— Том? — встрепенулся мистер Уокен и растерянно уставился на сына.
— Почему ты ничего не сказал? Я бы давно приехал! — сжал покрепче руку Харди, всматриваясь в лицо отца. Оно было исхудавшим и осунувшимся, морщин прибавилось, будто прошло не полтора года, а десяток лет. Под глазами залегли темные круги, а зрачки неестественно блестели.
— Как ты, сынок? Как твои успехи на работе? — улыбнулся Кристофер, проигнорировав вопросы сына.
— Это не важно, пап… Важно лишь твое здоровье, — помотал головой Том.
— А что мое здоровье? Я давно уже не молод, какое у меня может быть здоровье? — ухмыльнулся мистер Уокен. — Может, чуть хуже, чем у кого-то из моих ровесников, однако, также многие из них уже давным-давно сыграли в ящик. Я пока жив, а это значит, что все в порядке. Поэтому меня волнует лишь одно — как твои дела?
— Все нормально, я уже говорил, что стал сержантом… Недавно возглавлял одну операцию по поимке главы мафиозной группировки. Меня наградили Орденом за мирное небо над США… — после непродолжительной паузы заговорил Харди, решив порадовать отца.
— Подумать только! Мой сын в девятнадцать лет получил звание сержанта в полиции Штатов! Еще и такую награду вручили! — потрепал Тома по лысине Кристофер. — Я горжусь тобой, сынок! Ты большой молодец! Не каждый сможет в твоем возрасте добиться таких высот!
Харди грустно улыбнулся, взял руку отца в свои ладони и приложил к щеке. Рука была мертвецки холодной, несмотря на то, что воздух в кабинете был не на шутку прогрет камином.
Повисла печальная, но отнюдь не неловкая пауза. Им было о чем помолчать.
— Пойдем вниз, скажу кухарам, чтобы приготовили праздничный ужин, — нарушил тишину мистер Уокен и, встав с кресла и надев шляпу, двинулся к двери. Том окинул отца взглядом. Тот хоть и выглядел постаревшим, но от присущей ему усталости не осталось и следа. Парень отчего-то сразу понял — это нехороший знак. Да к тому же еще этот блеск в глазах, который он заметил во время разговора — Кристофер явно уже сидит на морфине или каком-то еще наркотическом обезболивающем. Харди научился определять такие вещи на курсах Майкла Мэдсона, который говорил, что хороший коп должен по блеску в глазах определить, находится ли человек под воздействием алкоголя или наркотиков, и только лучший из лучших сможет распознать под чем именно, вплоть до сорта наркотического вещества. У Тома неплохо выходило, и он по сей день продолжал оттачивать это мастерство.
— Пойдем, — пробормотал Харди и двинулся за отцом, отчетливо поняв, что в скором времени того не станет. Сколько еще осталось? Неделя? Месяц? Наверно, не больше этого. У Тома внутри все сжалось, но он твердо решил провести все это время с отцом, пробыв с ним до последнего вздоха. Хватит ли им этого времени? Нет. Но это все, что у них есть.
Так пошли дни. Каждое утро сын будил отца и звал на завтрак. Вместе они отправлялись в столовую, где пили чай с булочками, обсуждая новости из свежей газеты. После они выходили на задний двор и играли там в ростовые шахматы. Том постоянно пытался поддаться отцу, но тот ворчал на него и требовал честной игры. После обеда они собирались в библиотеке, где каждый перечитывал свои любимые книги под монотонный стук старинных часов. Там же они проводили файф-о-клок, во время которого Кристофер травил байки про детство сына или повествовал о предках семейства Харди. За ужином сержант и мистер Уокен вновь отправлялись в столовую, где каждый вечер кухара готовили новые изысканные блюда. Трапезничая и запивая еду вином, парень рассказывал отцу о своей жизни в Штатах, умалчивая, конечно, нелегальные подробности и прочую чепуху.
В один из таких вечеров на ужин пришла Мелисса. Хоть Том давно и вырос из возраста, когда ему требовалась нянька, и Маккарти уже целый год работала в другой семье, но Харди были для нее особенными. Она считала их не просто друзьями — родными, ведь они дали ей путь в жизнь, именно с них она начала карьеру няньки и поняла, что работа с детьми — ее призвание. Поэтому толстушка не могла их оставить в столь тяжелый момент, несмотря на то, что давно не работает на них.
— Фуф, еле успела, с работы бегом к вам, а через два часа у меня свидание, — тараторила Мелисса, усаживаясь за стол и обмахиваясь салфеткой. — Ну что, парни, как ваши дела? — посмотрела она поочередно на отца и сына, отхлебнув вина.
— Почти, как в старые-добрые, — усмехнулся Кристофер, высыпая себе в ладонь пилюли из таблетницы. — Я да Том, только тебя и не хватало! — задорно улыбнулся он и закинул лекарства в рот.
— Вы тут без меня, наверняка, распоясались, — шутливо погрозила толстым пальцем Маккарти.
Мистер Уокен весело отмахнулся и приступил к ужину. Остальные последовали его примеру. Том успел съесть буквально пару кусочков стейка, когда отец сложил столовые приборы в знак окончания трапезы. В последнее время у Кристофера почти не было аппетита — он либо не ел вовсе, либо съедал всего-ничего. Это не могло не волновать Тома, но он понимал, что для его нынешнего состояния это норма, и не заставлял есть его силком.
— Ну, Мел, расскажешь нам о своем новом ухажере? — подпер мистер Уокен подбородок руками, сложенными в замок. — Ох, как же я любил, когда ты рассказывала всякие курьезные случаи со своих свиданий!
— Ну, слушайте! — махнула рукой Мелисса, набила рот салатом и начала свою историю.
Целый час пышка рассказывала, как она познакомилась с нынешним кавалером, как прошло их первое свидание и прочую ерунду. Том и Кристофер хохотали, держась за животы, а кое-кто даже подавился стейком, бьясь в агонии истерического смеха.
— И я боюсь представить, что этот идиот устроит сегодня! — весело визжала Маккарти, вытирая слезы смеха. — Если в прошлый раз этот славянский язычник-ролевик притащил на наше свидание своих родителей, которые показывали для меня шоу в ростовых плюшевых костюмах Перуна и Мокоши, а потом сам гадал мне на древних рунах и предсказал нашу с ним скорую свадьбу! Что мне ждать сегодня? Иду только, чтобы посмотреть на это! Потом вам расскажу!
— Ууух, — выдохнул мистер Уокен, переведя дух. — Везет же тебе, Мел, на всяких чудаков! Где ты только их находишь? И когда же ты уже найдешь кого-нибудь, с кем будешь ходить на свидание не только ради хохмы.
— Ой, а оно мне надо? — отмахнулась Маккарти. — Я уже много раз говорила — не хочу я обременять свою жизнь всеми этими отношениями. Хочу жить свободной женщиной, время от времени развлекаясь вот с такими вот экспонатами. Так что и не ждите, что я однажды позову вас на свою свадьбу! Знайте — если это вдруг и случится, то это может означать лишь одно — я сошла с ума, и мне срочно нужна помощь! Ну или меня заставили сделать это под пытками! Надеюсь, что, в случае чего, вы меня вытащите из этого дерьма! — вновь рассмеялась Мелисса. — А теперь я хочу послушать твою историю, пацан! — ехидно прищурилась она, уставившись на Тома.
— Какую еще, сука-бля, историю? — приподнял шрамированную бровь Харди.
— Ну как же! Ты за это время так возмужал! Таким красавчиком стал, да еще и при погонах! Все девчонки любят парней в форме! — покрутила толстушка ладонью в сторону Харди. — Не поверю, что у тебя нет подружки!
— Мел, давай не будем, — бросил Том взгляд исподлобья на няньку.