Ребята быстро погрузили трупы в машину. Батлер уселся за руль своей дряхлой лошадки, Том же прыгнул на свой модный байк. Так и отправились в ближайший лес, где, собственно говоря, и закопали три трупа
— А вдруг их кто-нибудь найдет? — паниковал Леонид, сооружая на могилах импровизированные кресты из веточек.
— Да успокойся, сука-бля, никто ничего не найдет! Я все улажу, — нервно курил одну за одной Том, бьясь в агонии хуевертения.
В течение недели сержант Харди тщательно скрывал все улики, отводя следы от Батлера и себя, тем самым не то что преступая закон — кладя на него огромный хуй. Ну настоящий оборотень в погонах! Иначе и не скажешь! Лишь по прошествии этого времени, Том смог убедить Леонида, что все концы ушли в воду. Бородач наконец-то вздохнул полной грудью и перестал трезвонить другу по пять раз на дню.
И вроде бы все успокоилось. Том вернулся к бумажной волоките, а Батлер к продаже пирогов и наркоты. Но не тут-то было! Через пару дней Леонид вновь позвонил сержанту с тревожными новостями.
— Томми, у меня тут опять кручина кое-какая… — невинным голосом проорал в трубку Батлер.
— Что, сука-бля, еще такое? — приподнял шрамированную бровь Харди, крутясь перед зеркалом в ателье и разглядывая на себе новехонькую форму.
— Не телефонный разговор, — серьезно прикрикнул Леонид. — Подъедешь в кафЕ?
— Да, — рявкнул Том, погладив на куртке сержантскую нашивку.
Спустя полчаса Харди зашел в их с другом кафе.
— Ну, выкладывай, что у тебя опять стряслось, сука-бля? — уселся он за барную стойку.
Леонид нервно осмотрелся по сторонам, взял бумажную салфетку, достал из плаща огрызок карандаша, что-то быстро написал, вновь огляделся, после чего протянул бумажку Тому.
«За мной кто-то следит», — гласила надпись.
— И что это значит, Леонид? — непонимающе спросил Харди, у которого сложилось впечатление, что у его друга, в связи с последними событиями, началась мания преследования.
— Уйдем отсюда, — громким шепотом сказал Леонид. — Не могу здесь гутарить. Боюсь, что нас услышуть…
— Нахуй ты тогда сюда меня, сука-бля, позвал? — возмутился Том. — Ладно, пойдем в Додже поговорим…
Харди раздраженно поднялся с места и направился на улицу. Леонид суетливо помельтешил за ним.
— Ну, выкладывай, — рявкнул сержант, усевшись в машину и решив немного разнюхаться первоклассным кокаином, который сегодня спиздил из мусорского склада улик.
— За мной кто-то следит, Томми! — взволнованно воскликнул Леонид, а стекла от его голоса задребезжали не менее взволнованно, чем сам бородач.
— Ближе к сути! Я это и так, сука-бля, понял! Ты ж мне написал на салфетке эту дрочь! — уже начал выходить из себя сержант.
Батлер тяжело вздохнул, также пригостился кокаином, после чего стал излагать суть проблемы. Он уверял, что за ним кто-то следит. Куда бы он ни поехал — его преследует одна и та же машина — серебристый Форд Эскейп. Леонид утверждал, клянясь здоровьем своего деда, что все это началось сразу после того случая, когда он убил троих человек.
Том же Харди, обдолбавшись до неузнаваемости, любезно согласился помочь другу, пообещав все выяснить. Хотя, если честно, то сержанту казалось, что это всего лишь плод больного воображения Батлера. Возможно, Леонид получил какую-то психологическую травму, совершив тройное убийство. Но, как говорится, удостовериться все же нужно было.
Тем же вечером, вооружившись мусорским чемоданчиком, Харди обыскал еврочетырешку на наличие в ней жучков или каких-либо следов присутствия кого-то постороннего. Например — домового. Но все, что он обнаружил — это отпечатки его самого и Батлера, но еще больше было отпечатков Моргана. Ох уж этот Декстер! Как же он заебал!
Далее Том установил слежку за Леонидом и, наконец, спустя несколько дней действительно заметил, что за его другом следят. Серебристый Форд Эскейп преследовал Батлера по пятам, везде, куда бы он не отправился. Водителя Том разглядеть не смог — стекла были наглухо затонированы. Несколько раз он хотел было дождаться, пока водитель покинет Форд, но как на зло, в это время сержанту дико хотелось то пожрать, то поссать. Следовательно, Том отлучался. Возвращаясь обратно к своему байку, Харди уже не знал точно — сидит кто-то в Форде или нет, поэтому психовал, представляя, что придется сидеть в засаде несколько часов кряду, а может даже и ночь, и отправлялся домой.
Еще через пару дней Форд исчез. Скорее всего, его водитель заметил, что сержант Харди следит за ним, и решил не привлекать к себе внимания.
В это же время Тома, наконец-то, официально повысили в должности. По этому поводу он и ушел в трехдневный запой со своим напарником Кентом. Следовательно, Харди снял свое наблюдение с Леонида. К тому же Батлер и сам больше не жаловался, ведь Форд исчез, а значит исчезло и ощущение того, что его преследуют.
Вечером четвертого дня запоя, Батлер позвонил Тому, отругал его за пьянство и приказал приехать в кафе, дабы помочь с какими-то бухгалтерскими бумагами. Спустя полчаса похмельный Харди прибыл на место. Но в кафе Леонида не оказалось. Это насторожило сержанта, ведь он точно знал — друг не мог никуда уйти, да и к тому же — его Додж стоял на улице. Тогда Харди пошел к развалюхе Батлера, в надежде найти его там.
Какого же было удивление сержанта, когда он не обнаружил своего друга за рулем! Но дальше — больше! Сам Додж оказался открыт, а из радиоприемника раздавался голос ведущего, объявляющего следующую песню.