Ты снилась мне - 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он целовал ее глаза, губы, взгляд его сиял, он оглядывал ее снизу до макушки, словно опасаясь увидеть раны. Она отвечала ему, убеждая, что с ней все в порядке, просто время в разных мирах течет по — разному. Увидела редкую седину, посеребрившую русые волосы мужа, в груди что-то кольнуло.

— Сначала к Макоши, мой хороший! Потом домой, я так соскучилась! С каких пор нормально работают переходы?

— Четыре дня. Можно было бы и раньше пользоваться, но мы остерегались, хотели убедиться, что работа стабильная. Это было знаком, что у тебя все получилось.

У Макоши они были спустя несколько минут. Пряха Судеб ждала их, было заметно, что настроение у нее прекрасное, но нетерпеливый блеск ее глаз говорил о желании поскорее выслушать рассказ Екатерины. И Катя оправдала ожидание Великой Богини, повествуя о том, как зарвались чародеи в другом мире и принялись воевать между собой, потрясая основы Мироздания, убивая не только свой мир, но и все, что находится за Гранями. Рассказала о том, что теперь, жестко сжатые, магические потоки находятся в артефакте, мощи которому нет равных во многих мирах и артефакт этот дремлет в Явном мире, на южном Урале, в странном месте под названием Аркаим.

— Я не знала, куда еще можно было его переместить. — призналась она. — Будем приглядывать.

— А не будет ли худа от того, что сей артефакт в Явном мире находится? — задумалась вслух Пряха Судеб. — А вдруг сжатые в нем чародейские силы начнут просачиваться, смешиваться с силами, что сейчас питают наших чародеев?

— Не думаю, что это навредит нашему миру. — уверенно ответила Екатерина. Я над этим размышляла. Решила, что, пожалуй, это лишь подпитает окружающую наш мир силу. Возможно, появится что-то новое в чародейских умениях одаренных людей. Только бы не рвануло сразу, но наложенные мной печати не позволят этому произойти.

Она немного помолчала, затем подняла на Макошь сомневающийся взгляд и спросила:

— Всевидящая Мать, скажи мне, что было со мной, когда я пробиралась за Грань нашего мира? Тогда передо мной вдруг возникло лицо мужчины. Он был темноволосым и смотрел на меня синими глазами с таким чувством, будто мы были знакомы. В его взгляде не было неприязни, наоборот… — она замолчала, подбирая нужные слова. — Он назвал меня по имени, Катя, сказал он, а я вдруг подумала — Максимилиан. Но я никогда не знала о мужчине с таким именем и не помню это лицо. Так что это было? У меня заныло сердце после того, как видение исчезло.

— Много загадок в мире непостижимого. — ошеломленно выдохнула Макошь. — Никто не знает путей божественных. Не могу я тебе ничего сказать, Государыня, не все должны мы знать, не всякое, что происходит, предназначено для нашего знания.

Она строго посмотрела в сторону Годунова и исчезла. Но ни Богиня, ни Екатерина не заметили, как тревожно полыхнули глаза Владимира и с каким усилием он сжал зубы, словно испугался, что у него вырвется горький стон.

Глава 21

Понемногу их жизнь входила в прежнюю колею. Требовали внимания подрастающие дети, Империя, в которой уверенно менялся уклад жизни, проводила переход к индустриализации. Годунов смеялся, утверждая, если им и нужна революция, то только промышленная.

Заводы, выросшие на местах, где обнаруживались залежи железной, медной и другой руды, работали уже в полную мощность. Многие из них принадлежали промышленникам из Швеции и Прибалтики. Годунов уважал выходцев из этих губерний за их добросовестность, честность и деловую хватку. На юге страны появилось несколько заводов по изготовлению вин, коньяка, ликеров. Виноградники, на которых росли лучшие сорта винограда имперской селекции, раскинулись на многие километры. Рядом с прекрасными фруктовыми садами были построены заводы по переработке ягод и фруктов. Варенье, сушка, консервация, кондитерское производство — все располагалось тут. Эту отрасль Годунов отдал предпринимателям с хорошей репутацией, проживающим на Кавказе и в южных губерниях Империи. Все они целыми династиями занимались этим столетия и знали тонкости дела.

Недалеко были и стеклодувные заводы, откуда стеклянные банки для консервирования и бутылки для алкогольных напитков поставлялись по нужным адресам. Все работало на чародейской энергии, не требовало больших затрат, а готовые товары имели низкую себестоимость при отличном качестве. Выручка от торговли с другими странами каждый год увеличивалась, имперские товары покупали охотно.

Торговля процветала не только с другими государствами, товаров стало настолько много, что небольшие лавки не могли разместить их на своих витринах и полках. В Иванграде купец Елисеев построил огромное здание и назвал его «Гастроном Елисеевский». В этом гастрономе было открыто множество отделов, где бойкие продавцы отпускали покупателям самые разнообразные продукты, а полки и витрины ломились от изобилия колбасных изделий, сыров, мяса, птицы, даров природы и другого разнообразия отечественного производства. С Елисеева взяли пример и другие купцы, возводя в городах подобные гастрономы.

Годунов частенько просиживал с Екатериной и Советниками, намечая наиболее нужные для Империи производства и места их расположения. Лаборатории Державы разработали немало изделий, которые облегчали домашний труд, использовались целителями при разных болезнях или просто служили для детской игры. Все это требовало внимания и затрат, но Империя уверенно выходила на уровень лидера в мировой экономике.

Семейная жизнь венценосной четы была по-прежнему теплой и ровной. Годунов при всей свое занятости уделял Екатерине и детям много времени. Их старшие дети, Микас и Лиза с Петрушей как-то неожиданно, с небольшим перерывом друг от друга, завели свои семьи. Лиза с мужем, Арсентием Барятинским, уехала в Киев. Владимир посмеялся мысленно, что Барятинские все-таки взяли свое — смуглолицая и синеглазая Лизонька, Катина кровиночка, вошла в их клан. Но он не тревожился за нее, Барятинские, все, как на подбор, рослые и крепкие красавцы, всегда постоят при необходимости за дочь Кати и Феликса.

Микас отбыл во Владивосток вместе с женой и новорожденным сыном, благо, дом Дженторов был в полном порядке благодаря заботе Винсента Крауса. Петруша немного погодя отбыл в Иркутск, где ему с женой уже был приготовлен дом, ибо он принял должность начальника гарнизона императорских гвардейцев Иркутской губернии.

Екатерина никогда больше не заговаривала о своем видении за Гранью, Годунов тоже не напоминал ей об этом, но порой замечал, как задумывалась она, морща лоб, словно пыталась что-то понять или вспомнить. В такие дни он был особенно ласков с ней, а ночами был настолько нежен и страстен, что Катя надолго избавлялась от всех тревожных мыслей. Он баловал ее постоянно, его подарки, от редких фруктов и конфет, до драгоценных украшений и неожиданных путешествий, часто удивляли и радовали ее.

— Если бы существовал орден «Лучший муж», то тебе давно уже надо было вручить его. — смеялась она, получив в подарок путешествие в Тибет. Жизнь других народов, их традиции всегда были интересны ей.

— Знаешь, порой думаю, что мы настолько плохо изучили свой мир. — говорила она Годунову. — Есть ли смысл путешествий за Грани, в таком случае?

В лабораторию Краснова они приезжали часто. Именно здесь отрабатывались экспериментальные проекты, которые были просчитаны пока только теоретически, но нуждались в тщательной практической проверке. В одно из таких посещений их поразила суета в обычно тихом и спокойном зале. Ученые-чародеи, всегда занятые каждый своим делом, сейчас столпились возле одного из столов, где молодой ученый что-то показывал, оживленно жестикулируя. Супруги подошли ближе. Краснов, увидев их, торопливо шагнул вперед, поясняя:

— Сегодня проверяем одну из теорий о возможности скручивания чародейских потоков при их обработке высокими температурами. Результат не совпадает с теоретическими расчетами, ожидалось, что…

В этот миг из колбы, стоящей на столе, вокруг которого толпились люди, с громким треском, разбивая зачарованное стекло на мелкие кусочки, вырвалась темная масса, пронеслась по залу, развернулась и через долю мгновения упала на голову Императрицы. Государыня замерла, а темная клякса, вздрагивая, словно от сильного испуга, изменила свой цвет до прозрачного и исчезла, размазавшись по всей фигуре женщины. Никто не успел опомниться, а Екатерина уже медленно оседала, падая на руки мужу.

Она очнулась лишь через неделю, открыла глаза, наморщив брови, обвела взглядом комнату, поднялась с постели и с недоумением спросила сидящего возле нее Годунова:

— Где я? А вы кто? — немного подумала и добавила. — И кто я?

Дивные серые глаза вопросительно смотрели на него, легкая паника зарождалась в них и Владимир торопливо заговорил:

— Тебя зовут Екатерина Алексеевна Годунова, я твой муж Глеб Годунов. Мы с тобой навещали одну из лабораторий Российской Империи. Произошел сбой в одном из экспериментов и ты потеряла память. Не беспокойся, все наладится, память вернется. Сейчас ты во дворце, в наших с тобой покоях.

— В покоях? Муж? — она напряженно разглядывала его. — Кто мы с тобой, если находимся в дворцовых покоях?