Глава 1. Опасные связи
В емкости без маркировки спирт. Пустые пробирки — в штативе. Вата в круглой прозрачной банке. Резиновая лента для пережатия вены — в лотке. На столике безупречный порядок, а в воздухе — полное безразличие к чувствам человека, попавшего в лабораторию.
Гера притихла. В смежной комнате хозяйничала уборщица, мешая Кате накидывать поверх цветастого платья халат. Катя наверняка не до конца застегнулась, и верхняя пуговица осталась свободной. Светлые волосы она привычно убрала под накрахмаленный чепчик и только после этого «нырнула» в туфли на шпильке. Туфли были ей маловаты: кожа над вырезом собралась в некрасивые складки. Она мелодично напевала что-то знакомое, и уборщица стала ей подпевать.
Если бежать, то сейчас.
— Я ухожу, — сообщила она в пустоту.
Катя выставила в дверной проем средний палец.
— Славик так и не объявился? — спросила она.
Говорить о Славике Гере не хотелось, совсем. Тема исчерпала себя неделю назад.
Подруга сочувственно улыбнулась, напрашиваясь на ответный выпад:
— Обувь не жмет?
Подобрав края халата, Катя уселась напротив:
— Жмет. Слегка. Тридцать восьмой велик, а тридцать седьмой маловат. Просто беда.
— Растяни их.
— Зачем? — Катя готовилась к процедуре, натягивая медицинские перчатки. — Испорчу же. Туфли такие симпатичные. Жалко их.
Безымянный палец левой руки оказался зажатым. Белокурая «нимфа» удерживала его натренированной хваткой. Теперь от Кати можно было сбежать только с применением силы.
Гера начала торговаться:
— Давай экзекуцию на завтра перенесем. Ведь боюсь до смерти.
— Хватит, не маленькая, — тон Катиного голоса переменился, — сколько можно!
— Ну пожалей ты меня, — в нос ударил запах медицинского спирта, и она отвернулась.
Катя обработала палец проспиртованной ватой и, не глядя, выбросила вату в корзину. Потянулась к чашке Петри за иглой. Укол! Острый конец быстро сделал надрез и сразу же отскочил, оставив на кончике темную каплю.
— Дальше ничего интересного, — успокоила Катя, — расслабься.
Гера с детства боялась уколов. В день прививок вела себя одинаково глупо: притворялась больной и наотрез отказывалась куда-то идти. Если матери удавалось выпроводить ее, она незаметно пряталась в школьной раздевалке.
— Вылезай-ка из-под банкетки! Вижу, вижу тебя! — командовала Катя с сияющем выражением на лице, а потом тащила ее за руку на процедуру.
Катя в те времена была худенькой кудрявой девчушкой. Гера не заметила, когда она успела превратиться в даму неопределенного возраста.
Катя поднесла к онемевшему пальцу стеклянный «карандаш» и со свистом втянула в него кровь, выполняя сложные пассы руками.
— И все-таки Славик — змей, каких поискать. До полусмерти девушку зацеловал, в койку ее затащил, а сам в бега.
— Ой, подруга, помолчала бы ты.
Прозрачная сердцевина стеклянной трубки быстро наполнилась кровью. Пару капель Катя нанесла на специальные стекла, ловким движением размазала кровь и отложила взятые образцы.
— Вот и вся процедура. Позже заведующая отделением твой анализ проверит, и сможешь гулять. Только смотри, не загуливайся.
— С моим-то больным горлом? Шутишь? Да и Славика рядом нет… а все было так серьезно. Я не знала, что будут проблемы.