Кавалергард. Война ва-банк: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Мало уметь стрелять из ружья и владеть саблей – хороший солдат должен знать и другие премудрости, прежде всего – уметь воевать в составе отряда. Не лучше ли храбрецам уйти в Россию, где их научат всему необходимому? Ну, а после можно будет поступить на русскую службу – с турками мы еще будем воевать не раз. Можно будет вернуться в Болгарию, и тогда у повстанцев появятся настоящие командиры, выученные в лучшей армии мира. А можно и просто переселиться, особенно тем, кому надоело жить под властью иноверцев.

Дальше началась беззастенчивая вербовка – балканцы были крайне необходимы на Юге России, Крым и Новороссия-Скифия ждали людей. И если русские переселенцы могли дать фору тем же болгарам как скотоводы или по вопросам зерновых, но виноград, южные овощи, фруктовые сады… На Тамбовщине и Брянщине такой экзотики пока просто не было.

– Как поселять будете? – на несколько исковерканном русском крикнул один из присутствующих.

– Болгарское село и несколько русских по соседству, – честно ответил герцог.

– Мы… землячество!

– Только так! И остальных так же селим – греков, армян, сербов.

Позиция эта была принципиальной – ассимиляция. Небольшое село, да когда до соотечественников ехать минимум пару-тройку дней… Тут поневоле обрусеешь.

Решать пришлось быстро, но переселенцы понимали всю подоплеку – турок разогнали, и пока подойдут новые войска, даже медлительный обоз, сформированный из гражданских, сумеет уйти достаточно далеко. Ну, а отбиться от мелких отрядов смогут и сами переселенцы, хотя Грифич все же пообещал выделить им отряд драгун ровно на десять дней. Ориентироваться на время, а не на какой-то географический ориентир было решено для того, чтобы болгары не медлили и спешили изо всех сил. А так… Сталкивался он уже с привычками крестьян – из-за опасений повредить живность они могут тормозить обоз. Опасность же вражеского налета кажется им менее весомой, чем поврежденное копыто родной Буренушки.

Остановились в городе всего на три дня – требовалось время на отдых, причем не столько людям, сколько лошадям. Ну а дальше – «марш-марш вперед, труба зовет», и несколько сократившаяся армия двинулась дальше.

Проблем от переселенцев было много… Даже местные старосты или старейшины зачастую ничего не могли сделать с какой-нибудь выжившей из ума старухой, вцепившейся в родимую коровушку, от старости еле передвигавшую копыта. Бросать же… Старуху – не принято, патриархальные нравы, ну а старуха не хочет бросать скотину, не желая понимать, что из-за ее нехотения могут погибнуть люди.

– Маршрут утвержден, и никого не ждать, – жестко сказал Грифич на собрании офицеров, – вперед пускать полностью исправные повозки и здоровый скот. Что похуже – сзади.

– А отстанут… – пискнул один из местных старейшин, приглашенный на совещание.

– Не ждать! Сумеет нагнать – хорошо, нет – его проблемы. Я не хочу терять своих людей только потому, что кто-то из вас решит променять свое имущество на их жизни. Мои драгуны не будут умирать за крестьянский скарб!

– Пойми, – вмешался в разговор Август, обращаясь к болгарину, – если не соблюдать график, то путешествие затянется, подтянутся крупные отряды турок или каких-то мародеров, и дальше мы будем идти с боями и будут гибнуть люди! Гибнуть потому, что кто-то оказался слишком жаден и глуп и решил, что лишний узел тряпья или хромая свинья дороже жизни людей.

Ради подстраховки Померанский выпустил парочку голубей с просьбой встретить болгар на территории Румынии, но говорить об этом переселенцам принц не стал, иначе непременно нагрузят повозки так, что те будут прогибаться до земли.

– Вж-вж… вж-вж…

Несмотря на прямое распоряжение князя, многие крестьяне решили забрать с собой ВСЕ имущество. Во всяком случае, связки дров и вязанки соломы на некоторых телегах он видел отчетливо, что взбесило попаданца до зубовного скрежета. Но ярость командира поняли только приближенные, внешне он казался образцом спокойствия.

– Ты это… княже… не злись на дураков, – попытался утешить его денщик, – ты все правильно сказал и сделал, а что они слушать не хотят и готовы сдохнуть за ради ломаного грошика, то их беда, не твоя.

– Знаю, – глухо отозвался Игорь, – но даже таких дурней жалко. Даже не столько их, сколько их близких. Дети, жены, родители, соседи… будут ведь рваться помогать им – и тоже темп терять. А потом гибнуть. Скоты жадные…

Забегая вперед, переселение прошло с проблемами. Как и ожидалось, нашлись чрезмерно ушлые и жадные личности, решившие, что их распоряжение Грифича не касается. Но поставленный старшим барон Фольгест вел самую жесткую политику и просто бросал отставших. Было много воя, и какая-то часть переселенцев даже обиделась и пошла на принцип, решив поддержать соплеменников и остаться вместе с ними.

Ну и… Ничего удивительного, что мелкие отряды разбежавшихся турок встретили их и вырезали, несмотря на попытки сопротивления. Сами же нападавшие постарались распространить эту информацию как можно шире – то ли просто хвастаясь душегубством, то ли мстя за пережитый страх.

Основная же масса – а это более трех тысяч человек – благополучно достигла территории России, после чего на территории Скифии появилось больше пятидесяти болгарских сел.

Глава третья

Выступили в сторону Велико-Тырново, город позволял контролировать сразу несколько дорог, настроение у горожан было боевое, и они были достаточно решительны, а не как в Плевене. Местность там гористая, благодаря чему и возникли какие-то зачатки сопротивления – партизанить там проще. Вроде как даже небольшие отряды на уровне до взвода ухитрились отработать взаимодействие, но насколько хорошо, ясно не было.

Командующий гарнизоном Велико-Тырново был одновременно и старшим военачальником края, так что сформированные им конные отряды делы уже через несколько дней начали «вести» русские войска. Набранные «с бору по сосенке», какой-то выучкой они не отличались, за четыре дня солдаты Рюгена уничтожили не менее полутора тысяч врагов. Присутствовавшие при этом отряды плевенских добровольцев воспринимали это как великую победу, но откровенно говоря – зря. Делы были хороши только в грабеже населения и преследовании убегающего противника, ну и чуть-чуть в разведке. И несмотря на это, они ухитрились сильно задержать войско и дать туркам возможность организовать какую-то оборону. По мнению Грифича – невероятное позорище и оправдывало его только то, что не приходилось ранее действовать в горной местности.

Несмотря на стратегическое расположение, гарнизон был сравнительно невелик – около восьми тысяч человек, все-таки не так давно он был глубоким тылом и людей сюда пригнали буквально несколько недель назад. К ним присоединилась и какая-то часть отпущенных турок – что-то около пяти тысяч. Для небольшого города этого количества было более чем достаточно, и турецких воинов здесь было примерно столько же, сколько мужчин-болгар боеспособного возраста.

Несмотря на более-менее равные силы и достаточно пренебрежительное отношение к турецким воякам, сражение предвидится достаточно проблематичным…

– Горы и горушки, – бездумно пропел принц, глядя на город-крепость со склона одной из них. Несколько минут он стоял, глядя в никуда с отсутствующим взглядом, затем встряхнулся и приказал коротко: – Макет.

Тимоня с великим бережением принес коробку с тщательно сделанным макетом города и окрестностей. Делал один из разведчиков – многие из них работали под видом ремесленников и умели порой очень необычные вещи. Подозвали болгар и приказали:

– Показывайте. Где турки стоят, где турецкие кварталы, где повстанцы могут сконцентрироваться для нанесения удара.