И тут я успокоилась. Я не бросаю обещания на ветер. Я ведь изменила Эльдару! Авансом, еще в ту пятницу. Будем считать, что это и есть моя месть. Вот как здорово получается: уже нет вины, есть ощущение справедливого возмездия. Если Гаврош так поступает со мной, значит, я имела право на эту ни к чему не обязывающую близость с Мироном. Всё, мы квиты. Какая же я мудрая. И какая подлая.
Я выхожу из дома. Телефон отключен. В гараже я вспоминаю о безнадежно молчащем мобильнике, нехотя включаю его и даже в сумочку не кладу в полной уверенности, что он вот-вот оживет. Долго ждать не пришлось. Едва я выезжаю из подземного гаража, слышу знакомую мелодию. Так, Василиса.
— Привет, Васенька! — Я не могу понять, рада я предстоящему общению с подругой или нет? Понедельник делает свое гнусное дело, лишая меня привычной радости. Холодный апельсиновый сок вместо кофе, умывание под краном вместо утреннего душа. Даже платье, которое надето на мне, неудачное: голубой трикотаж, подчеркивающий фигуру, вдруг кажется бледной тряпкой, никак не украшает меня. Волосы тусклые, лишенные блеска. Короче, все так, как будто я встала не с той ноги.
— Привет, Ладуся! Ты куда пропала? Звоню тебе вторые сутки, как в рельсу. Я волновалась! Ты не заболела? Как уик-энд? У тебя все в порядке?
— Да, полный порядок. — Обычно мы с Васей болтаем долго, но сегодня я не настроена на долгие разговоры. К тому же дорога перегружена и требует внимания. Я не знаю, как бы потактичней ответить, что сейчас я просто не могу говорить. Пришлось даже закрыть окно, потому гудки водителей сводят меня с ума. Я стою в своем ряду, ожидая включения стрелки, а кому-то сзади уже кажется, что я задерживаю движение.
— Ты что, Ладуся? У меня сейчас трубка в руках покроется инеем. И это все для меня, Леонидовна? — Вася не скрывает разочарования. — Мы не разговаривали с вечера пятницы, а ты так коротко!
— Вася, я в пути.
— Никогда не замечала, чтобы дорога отвлекала тебя от разговоров.
— Солнце, приезжай в салон к двум часам. Пойдем пообедаем и заодно поболтаем. — Я нахожу самый приемлемый вариант, который устраивает обеих. Мы прощаемся. Я с облегчением вздыхаю и начинаю выбираться из привычного утреннего затора.
В салон я приезжаю в начале десятого. Опаздываю я в исключительных случаях. Сегодня, слава богу, никаких встреч на утро не назначено. Галочка Бродская, моя правая рука, верная помощница, через пару минут входит в кабинет с бумагами, требующими подписи, в одной руке, и чашкой кофе — в другой.
— Галочка, как ты догадалась, что я умираю, так кофе хочется?! — не скрывая удовольствия, спрашиваю я. Беру чашку в ладони, вдыхаю аромат. — Божественно! Со сливками? Ты меня реанимировала.
— Интуиция, Лада Леонидовна! — улыбается Галочка.
В который раз я говорю себе «спасибо» за то, что не уволила эту чудную девушку. Были моменты, когда я говорила себе, что обойдусь без помощницы. Это были не самые лучшие времена, и голова моя не всегда работала рационально. Теперь я довольна, что совладала с эмоциями. Нетрадиционная сексуальная ориентация делает Галочку совсем незаменимой. Она никогда не появится в стане моих соперниц (несомненный плюс). Эта невысокая худенькая подвижная девушка нравится мне подчеркнутой строгостью в одежде, неброским макияжем, некоторым консерватизмом, который выражается в том, что она уже несколько лет не изменяет короткой стрижке. Она хороша собой и при этом не составляет мне конкуренции — сферы наших сексуальных интересов абсолютно противоположны. Она лесбиянка, я — натуралка, время от времени фантазирующая на тему однополой любви. Мы прекрасно сосуществуем. В моей жизни нет места конфликтам, связанным с различной ориентацией. У нас совершенно разные объекты любви. Никакой конкуренции, ни малейшей. Не то, чтобы я переживаю на этот счет, но все же если можно вовсе не напрягаться — это упрощает общение. Пожалуй, Галочке нужно быть на страже, поскольку мои сексуальные пристрастия носят порой неконтролируемый характер. Я думаю об этом, отвечая на искреннюю улыбку Бродской.
— Галочка, сегодня должен звонить Бутусов, — еще один неприятный момент обрушившегося на меня понедельника. — Соедини меня сразу, пожалуйста.
— Хорошо, Лада Леонидовна.
Каково это — разговаривать с человеком, который вызывает у тебя отвращение! Я злюсь на себя, на собственную несостоятельность. Мне пришлось обратиться к Бутусову за помощью. У меня не хватает денег для открытия филиалов. Строить планы — одно, реализовывать их — другое. Банальная нехватка денег. Идти на попятную — невозможно: в помещениях уже активно шли отделочные работы. Косметические услуги для мужчин — моя давняя идея. Но с каждым месяцем я прихожу к выводу, что таких расходов мне не потянуть. Сроки поджимают. Я не желаю отказываться от своих планов. Я нашла спонсора, но при детальном обсуждении оказалось, что он просто дает ссуду под неприемлемые для меня проценты.
Я оказалась в безвыходном положении. Гордость не позволяет мне обратиться к Лузгину. Я сразу отбросила этот вариант — обида взыграла. Однако Лева оказался умнее. Он проявил участие, на которое я, признаться, не рассчитывала. Главное: теперь я могла отказаться от денег господина Бутусова, который не только предлагает кабальные условия, но к тому же еще и прозрачно намекает на постель. Меня тошнит от одной мысли об этом. Даже ссорясь с Эльдаром, я не собираюсь изменять ему с таким вульгарным мешком с деньгами. И это принимая во внимание мое отношение к удовольствиям.
Дело в том, что сразу после возращения из Лас-Вегаса, Лева позвонил мне. Я была рада его звонку, к тому же он привез отличную новость:
— Лада, приезжай, подпишем бумаги. Я узнал о твоих проблемах и готов дать необходимую сумму под минимальный процент. К тому же у меня есть предложение. Нужно его обсудить.
Я согласилась. Боже, какая удача, да я и рассчитывать на такое не могла! Думаю, это Васькина работа. Что-то она как-то слишком активно интересовалась моими делами. Я посмеивалась в душе: накал страстей стимулирует любопытство? После разговора с Лузгиным я поняла, что Вася сыграла роль носителя полезной информации. Она намекнула, Лева принял к сведению. Подача к месту — так бы я охарактеризовала роль подруги в этом вопросе. Лузгин отреагировал мгновенно. Деловое предложение сводилось к тому, чтобы, кроме привычного комплекса услуг косметологов, визажистов, массажистов, открыть маленький уютный ресторанчик. У Лёвы был здесь свой интерес.
— По-моему, Васька засиделась дома, — Лузгин наконец созрел, чтобы обратить на это внимание. — Я знаю, она мечтает об этом давно. Ресторан, дизайн интерьеров и меню, которое она продумала еще до нашей женитьбы. Ты ведь не против, если твоя подруга из домохозяйки превратится в хозяйку харчевни?
— Лева, я — за, обеими руками! — Как я завидовала Ваське!
— А бойфренд вашей Варвары пусть работает в массажном салоне. — Лузгин смеется. — Кстати, ей тоже можно найти применение. Если захочет, конечно. Я имею в виду кабинет, где бы она принимала своих болезных.
— Никто не придумал бы лучше!
— Вот и замечательно. Обсудим детали.
— Конечно.
— Ресторан будет в том же здании, что и салон. Они будут дополнять друг друга…
Помню, мне тогда стало так светло на душе. Вот ведь бывают мужчины, которые не сорят словами, просто все подмечают, пытаются сделать тебя счастливой. И это у них получается. Повезло Васе — ничего не скажешь. Господи, как я когда-то сама пыталась заполучить его! Твержу себе, что это не имеет никакого значения. Главное, сегодня я преспокойно откажусь от Бутусова. Как он удивится! Держись, урод! Укуси себя за локоть — достанешь? Не достанешь и меня не получишь. Лада Шпак не продается! Пусть Вася не преувеличивает, что кошелек — моя самая главная эрогенная зона. Она не права. Главное, чтобы от мужчины дух захватывало! А от Бутусова, даже учитывая его солидный счет в банке, меня тошнит.
Я предвкушаю, как сладко будет звучать мой голос. Я выдержу паузу, а потом объявлю, что больше не нуждаюсь в его помощи… Слава богу, мы ничего не подписали. Мерзавец долго водил меня за нос, так пусть же теперь пожинает плоды собственной подлости! Ему были нужны не только проценты, но и я сама. Условие неприемлемое. И если бы не своевременная помощь Лузгина, что бы я делала? Хочется думать, что я наверняка нашла бы выход. По крайней мере, мне так спокойнее.
Бутусов только вчера приехал с отдыха. Он сказал, что ему нужно время для принятия окончательного решения в отношении нашего сотрудничества, тем самым давая мне возможность подумать и определиться: что для меня важнее — бизнес или честь. По-моему Бутусов в каждой деловой бабе видит шлюху. Как же ему хочется получить и полезное, и желаемое, и денег побольше и удовольствие. Увы, я его разочарую. Сволочь! Фиг тебе с маслом!