– Всякая ерунда.
– После утопления мобильник тоже сделался ерундой, его не отдали родственникам.
– Но у Савельевых не было мобильных телефонов. В этом все дело.
– Вот как? Тогда это действительно странно. На вашем месте я бы позвонил родителям погибшего или его сестре.
Стерхова так и сделала – тут же позвонила Савельевой:
– Марина, здравствуйте, только один вопрос: у Виктора и Юлии были мобильники?
– Я же говорила вам – нет. Забыли?
– Помню.
– Зачем же тогда звонить? – Марина замолчала, и Анне показалось, что она сейчас же положит трубку.
– Постойте!
– Чего вам еще?
– Вы обещали договориться с отцом насчет осмотра автомобиля.
– Я помню, но пока не договорилась.
– Почему?
– Он плохо себя чувствует.
Уразумев, что дело не сдвинулось с мертвой точки, Стерхова пошла напролом, не считаясь ни с чем:
– Даю вам два дня. Дольше ждать не могу.
– А если я отвечу вам – нет?
– Сяду в машину и приеду в Заварзино. Вам ясно?
В ответ на ее слова в трубке повисла тишина. Анна взглянула на экран и поняла, что Савельева отключилась. В эту же минуту она почувствовала, что кто-то находится у нее за спиной, и обернулась.
В проеме двери стоял знакомый криминалист.
– А где Ирина Ивановна? – Он указал глазами на стол Шкарбун.
– Не знаю.
Бабаджанов развернулся, чтобы уйти, но Анна его окликнула:
– Подождите!
– Вы меня? – Казалось, он удивился.
– Нужна ваша помощь. – Стерхова прошла к столу и жестом подозвала его. – Взгляните на этот мобильник.
– Где вы откопали этого динозавра? – Криминалист взял в руки телефон и со всех сторон его оглядел. С трудом сдвинув крышку и заглянув внутрь, он осведомился: – Утопленник?
– Точно.
– Чего вы хотите от этого инвалида?