— Э?..
— Просто мой подселенец рассматривал этот вариант для обретения «бессмертия», — хихикнула Алиса. — Но потом узнал о прайдах, подчинении и том, что обращённый лишается возможности колдовать в доступном для понимания мага смысле. Ну и ограничения по проживанию, питанию и общее неприятие этого народа всеми без исключения, а он хотел любви и уважения.
Мы ещё попили чай и поболтали на разные темы. Кстати, идея «спереть феникса у директора» Алисе понравилась, только непонятно было, как её осуществить.
Чувствую, что кроме последнего этапа турнира Четырёх меня ждёт очередная «миссия ранга А»…
Глава 8. Обретения и потери
17 июня, 1995 г.
Мир Чёрных Пещер
Конец мая и начало июня пролетели со скоростью снитча. Мы все готовились к экзаменам. У старшекурсников, к которым мы относились, все занятия закончились двенадцатого июня и была свободная неделя для самостоятельной подготовки и просиживания в библиотеке. С девятнадцатого по тридцатое должны пройти все экзамены, и первого июля мы отправляемся по домам. Кстати, по «донесениям» Рона, гости должны были отчалить из Хогвартса сразу после третьего этапа, то есть двадцать пятого, и провести экзамены уже в своих школах.
День рождения Чжоу был тринадцатого июня, ей исполнилось шестнадцать лет, и на целых полтора месяца она становилась старше меня на два года. Пользуясь отсутствием уроков, мы отметили её день рождения на берегу озера: устроили с друзьями небольшой пикник. Кстати, у Малфоя день рождения был пятого июня, и на самом деле в этот день начали продажу каталога причёсок «Красного Локона»: с утра в тот понедельник к половине старшекурсниц, которые делали предварительные заказы, налетели совы доставки. Почти весь свой день рождения и последующую неделю Малфой прятался и перемещался перебежками, так как все девчонки к нему приставали, когда будет следующий выпуск, кого он выберет в качестве моделей и всё такое прочее. Даже автографы просили. Кстати, на день рождения Чжоу Драко отдал ей её гонорар за каталог — пятьдесят галлеонов — и ещё красивый небольшой альбомчик с её оформленными колдофото. Колин снимал всех не один раз и в разных образах, потом они выбирали лучшие снимки. В этот альбом были вложены крупные снимки, которые вошли в каталог, и ещё штук двадцать колдофото поменьше, которые не вошли. Гермиона назвала это «портфолио» и сказала, что у маггловских моделей есть такие альбомы, чтобы показывать агентствам.
Моим подарком на день рождения Чжоу был комплект из серебра: небольшие серёжки, цепочка и кулончик в виде лебедя. Серьги и кулон были инкрустированы топазами. Мы с Драко составили на астрономии карту Чжоу по дню рождения, такие камни и серебро ей должны очень хорошо подходить. Комплект из серебра был маггловским, в волшебном мире многие украшения были амулетами, которые надо заказывать очень так заранее, а не за две недели. Да и стоили любые амулеты прилично, даже если с полудрагоценными камнями, а у меня в моём нетеряемом кошельке было что-то около семидесяти галлеонов только, для пополнения надо было ехать в банк, а кто туда отпустит. К тому же Драко посоветовал не превышать определённый лимит, чтобы подарок не обязывал девушку, да и были определённые условности, типа нельзя дарить колец, браслетов, вроде как мы с Чжоу не помолвлены и дорогой подарок поставит её в неловкое положение. Достаточно скромные и ненавязчивые кулон и серьги Малфой одобрил. В банке я ещё на пасхальных каникулах совершил обмен на фунты на всякий случай, так что эти украшения покупала для меня тётя Петунья. Я доверился её вкусу и отправил деньги с Ураги, описав, что примерно хочу видеть, и даже нарисовал, как я представляю себе кулон с лебедем. У Чжоу был таким патронус, да и сама по себе это птица красивая.
Кстати, крёстный, с которым я тоже в письме проконсультировался насчёт подарка — так как серьёзно ломал голову и не знал, что подарить своей девушке — сказал, что топаз хорошо поддаётся чарам и используется в артефакторике, впоследствии можно будет самостоятельно зачаровать украшение, хотя бы как оберег.
Тётя Петунья всё сделала, комплект был у меня за два дня до тринадцатого. Тёте даже не пришлось делать заказ или что-то вроде этого — она нашла готовый комплект почти точно такой, как я и хотел, благо в Лондоне не один ювелирный магазин. Комплект прямо в магазине упаковали в продолговатую бархатную коробочку и закрепили внутри, чтобы смотрелось красиво. У топазов оказалась хорошая огранка, как у настоящих драгоценных камней, типа бриллиантов, даже Малфой оценил. В шее лебедя были мелкие белые камешки, только на месте глаза был тёмно-синенький, а вместо крылышка был такой большой каплевидный бледно-ореховый топаз: такого же цвета и формы, только поменьше, были топазы в серёжках — под цвет карих глаз Чжоу. И самое главное, что моей девушке очень понравился подарок. Серьги смотрелись в меру скромно, но красиво поблёскивали, когда она убирала волосы с лица, делая глаза ярче, а лебедя она надела, но спрятала под мантию, цепочка была короткая, а у нас в школьной форме воротники с галстуками. Но Чжоу сказала, что лебедь станет талисманом, наравне с её «инь-янем», и снимать мой кулон она тоже не будет.
* * *
Прошедшие дни, с тех пор как я вознамерился спереть Фоукс у Хигэканэ, я постоянно следил за передвижениями и отлучками нашего директора по карте Мародёров. Удалось вывести определённые закономерности и графики.
В школе была куча гостей, так что пропажа феникса могла вести к кому угодно. К тому же Гилдерою Локхарту, который решил прославиться похищением крутой птички, например, чтобы сделать её своим фамильяром. Мало ли, а то к василиску он, со слов сенсея, постоянно прорывался, пытаясь чего-то доказать…
Кстати, в конце мая в Хогвартс прибыл мистер Крауч, он, вместе с Алисой, отвёл всех четырёх Чемпионов на поле для квиддича, которое было испахано вдоль и поперёк и чем-то засажено. Нам тут же пояснили — чем. Это было вроде волшебной изгороди, которая разрастается, как зараза, и достигает пяти метров в высоту. Третьим испытанием предполагался Лабиринт.
Крауч пояснил, что переходящий Кубок Турнира будет располагаться по центру этого Лабиринта, а в самом лабиринте нас будут ждать всякие ловушки, чары и опасные твари. Кто первым коснётся Кубка, тот и выиграет Турнир, а предыдущие оценки будут влиять на очерёдность захода в Лабиринт и время между этими заходами. А тот майский день был последним, когда на поле сможет заходить кто-то, кроме Хагрида, который ещё должен поставить в центр специальную тумбу для Кубка. В общем, над всем полем для квиддича будут установлены особые чары, чтобы нельзя было посмотреть рисунок лабиринта. Впрочем, как сообщила Алиса, это было бы всё равно бесполезно, так как всё зверьё и ловушки в Лабиринте разместят только в самый последний день соревнований — двадцать четвёртого июня, пока Чемпионы будут заняты общением с родными. А вечером, уже когда стемнеет, будет наше испытание.
* * *
Сегодня я отказался идти в Хогсмид с друзьями и Чжоу, сославшись на разные дела и отработку у профессора Снейпа, на которую я специально нарвался на пятничных зельях. Куча грязных котлов были и моим алиби. Сенсею моя идея экспроприации «настоящего феникса» тоже пришлась по вкусу. Это же возможный доступ к ингредиентам! Помню, моя анимагическая форма озадачила и удивила его минут на пять, а потом были эксперименты по «выдаиванию» из меня драгоценных слёз. Между прочим, когда я заикнулся о том, что Фоукс — самка, а я — феникс-самец, он так положил руку мне на плечо, проникновенно посмотрел в глаза и сказал: «Гарри, иногда приходится стискивать зубы и делать, потому что «надо». А потом ржал надо мной, не открыто, но про себя точно ржал, у него были такие весёлые глаза и уголки губ постоянно дёргались, когда он на меня смотрел.
Забавно, что сегодня на завтраке сенсей тоже немного злорадно и мечтательно улыбался, видимо, предвкушая момент «похищения», но все за нашим столом подумали, что это оттого, что ему удалось влепить мне отработку и коварный «Ужас подземелий» придумывает, что я буду делать: резать тонну флоббер-червей или потрошить огромный таз рогатых жаб.
Конечно, в башне директора были портреты и, наверное, куча следящих устройств, но я разработал план. По субботам, когда нас отпускали в Хогсмид, Хигэканэ всегда отлучался. И сегодня его также не было на завтраке.
Директорская башня была вроде как флигелем Астрономической башни и располагалась чуть выше середины, вход был из коридора через статую горгульи на четвёртом этаже, но там ещё почти два этажа ступенек. Из окон директора, кстати, было хорошо видно Западную башню, в которой размещалась совятня.
Прошедшие недели, когда мы с сенсеем бывали в Чёрных Пещерах, я старался развивать своё птичье тело, гонял чакру, натрескивался желудей, даже начал петь, чтобы привлечь Фоукс. Конечно, она вроде что-то почувствовала, когда я «поздоровался» с ней отдельно в кабинете под присмотром мистера Филча, но, может, она меня как Гарри запомнила или ещё что. И, кстати, что немаловажно, я освоил ту самую «телепортацию» фениксов. В общем-то, я надеялся, что Фоукс так тоже умеет и попросту сама сбежит из башни, увидев за окном самца, то есть меня. Хигэканэ, кажется, подтверждал, что его «фамильяр» на такое способен.
В принципе, так и вышло. Кажется, я даже не привлёк внимания студентов, когда внезапно нарисовался перед окнами Директорской башни, по причине того, что большинство учащихся, кроме первого-второго курсов, были в Хогсмиде.
А я просто перекинулся в своей комнате и телепортировался куда надо. Впрочем, страхуясь, заранее накинул на себя хенге-но-дзюцу, то есть маскировку, превратившись в подобие Фоукс. На случай каких-нибудь свидетелей «похищения». Даже хорошо было, что вся школа видела Фоукс на уроке УЗМС, кто знает — тот же самый это феникс или нет.
Благо, что мне для такой простой техники, как «хенге», хватает просто концентрации и не надо складывать печати. Как их делать крыльями или лапами-ногами, я с трудом представляю. Впрочем, у тех же призывных змей Саске или слизней бабули Цунаде вообще нет рук или ног, а значит, надо больше подумать и дольше потренироваться, чтобы как-то решить эту проблему. К сожалению, стать подобием какого-то человека у меня не выходит в силу разной анатомии и другого способа передвижения, а вот в другую птицу в пределах разумного — это пожалуйста.
Стоило мне пару раз курлыкнуть, подзывая Фоукс, как она появилась передо мной во всполохе пламени. Кстати, я в Чёрных Пещерах выяснил, с чего самцов называли «жар-птицами»: перья в темноте на самом деле светились и были похожи на раскалённое золото или угли костра. Тепла никакого, естественно, не было, но такой красивый свет присутствовал, можно было фонариком подрабатывать.
В общем, мы с Фоукс отлетели в Запретный лес, она дала согласие «переместиться со мной в тёплый мир, полный чакры», я вернулся в человеческую форму, запечатал её в свиток и пошёл к сенсею «на отработку». Думал, по правде, что это всё больше времени займёт, а Фоукс оказалась весьма покладистой и безоговорочно доверилась, но, может, чувствовала мою чакру и то, что я правду говорю.
Снейп-сенсей дал мне для восстановления кружку крепкого чая из эльфэука: этого обычно хватало для обращения в Чёрных Пещерах, если я накануне потратился. И мы переместились в мир церберов.