— Мой король! Думаю вам стоит кое-что увидеть!
— Что такое?
— Это… лучше увидеть…
У Мордреда все внутри сжалось.
«Неужели они увидели ее?!»
Когда те прошли в мастерскую Артур увидел целую кучу картин, на которых была нарисована одна и та же девочка с розовыми волосами и зеленой кожей, а также черными глазами.
— Инсектоидка?
— Ну типа того, фантазировал малость на тему, как бы они могли выглядеть если бы они были цивильными как мы и не пытались нас загрызть.
— Да… рисовать у тебя получается куда лучше чем каменюки тесать… А почему только одна и та же девочка?
— Ну блин я пока что базовые методы изучаю! Вот потом уже можно будет фантазировать и рисовать инсектоидов других.
— Ясно… ну это кстати весьма хорошо нарисовано, учитывая что ты всего год рисуешь… может как-нибудь устроить показ твоих картин?
— Ну не знаю, не думаю, что кому-то захочется на такое смотреть.
— Как скажешь. Ну, если передумаешь, ты только скажи, все ведь ждут не дождутся как ты вновь удивишь нас всех.
— Ха-ха, понимаю… ладно, уже вечер, наверное тебе пора?
— Да, ну давай старина, не пропадай.
— Конечно.
Когда Артур вернулся в новый отстроенный дворец взамен старого, он сказал Аске.
— Он там совсем одинок, сидит и рисует девочку какую-то.
— Наверное ему детей хочется.
— Наверное… Но он сам не хочет жениться, думает, что это будет слишком большим бременем для его жены.
— Да, ведь из-за этого он мне отказал.
— Ага… Ладно чего уж там, то дела давно минувших дней…
Глава 10
Годы летели быстро, Королевство Эшланд, благодаря мудрому управлению и постоянным новшествам и изобретениям, стало просто воплощением величия, в котором даже бедняки имели поддержку государства и могли просить о помощи в тяжелые времена.
Постоянно основывались новые колонии и города, деревушки и поселки росли как на дрожжах, прокладывались железные дороги и строились обычные каменные дороги благодаря геомантам.
А Мордред тем временем растил девочку-инсектоида. Сперва он научил ее говорить, хотя это было довольно сложно с ее речевым аппаратом — ее язык был не таким как у людей и состоял и из нескольких тонких щупалец.
Тем не менее она как-то приноровилась и стала говорить вполне сносно. Затем он научил ее читать и писать, после чего начал учить всему остальному, и через пять лет она уже стала спорить с ним и говорить на разные темы, правда тот факт, что им приходилось вести затворнический образ жизни, сильно сказывался на ее восприятии мира.
— Так почему мне нельзя покидать стены особняка?!
— Потому! Люди еще не готовы к твоему появлению!
— Я уже взрослая! Может мне стоит уже заявить о себе и выйти в свет!?