При мысли о папе по лицу потекли слёзы, и девочка, вскрикнув, споткнулась об упавшую ветку.
— Вставай. Ты специально меня тормозишь. Думаешь, я не знаю о твоих уловках? — прорычал мужчина.
— Я пытаюсь. У меня болят ноги. И большой волдырь. Пожалуйста, я хочу домой.
Он дёрнул её за руку, в плече что-то хрустнуло.
— Вернёшься домой, когда я буду далеко отсюда. Ты мой страховой полис. Неизвестно, когда копы нас найдут, а мне нужно…
— Куда?
— Не твоё дело. Шевелись!
Стуча зубами, Мэгги сосредоточилась на том, чтобы переставлять одну ногу за другой, и когда мужчина снова посадил её себе на спину, возражала уже не так сильно. Было очень холодно, да и в животе урчало.
Затем вдалеке послышался странный гул. Бандит начал насвистывать и перешёл на трусцу. Мэгги надеялась, что, куда бы они ни направлялись, они почти на месте. Идти дальше она не могла.
«Папа, где ты?»
Гудение стало громче, и она поняла, что это одна из бурных рек, стекающих с ледника. Когда между деревьев блеснула вода, мужчина вскрикнул от радости:
— Вот она!
Сначала Мэгги не видела ничего, кроме зелени и бурлящей водной пены. Затем поняла, что в листве скрывается старая деревянная постройка, похожая на те, что делали коренные американцы.
— Старик Гилдерой тут охотится. Никто не знает про это место.
— Но в парке запрещено охотиться.
— Меньше знаешь — крепче спишь, — рассмеялся бандит, обнажив жёлтые зубы.
Он исчез за строением и вернулся, волоча за собой небольшую надувную лодку.
— Мой приятель Дуэйн иногда приезжал сюда, чтобы покататься на порогах. Нам повезло. — Уродливое лицо сморщилось. — Бедняге Дуэйну больше эта лодка не понадобится.
— Почему? — не удержавшись, спросила Мэгги.
Плохой человек сплюнул на землю.
— Потому что не понадобится. Потому что из-за него я сделал то, чего очень не хотел делать, но мужчина должен защищать свою честь. Хватит задавать свои тупые вопросы. Давай сюда, — щёлкнул он пальцами, требуя рюкзак.
Девочка была более чем рада снять поклажу со своих ноющих плеч, и вздрогнула, когда мужчина выхватил ношу у неё из рук. Порывшись внутри, он громко выругался:
— И почему твой папочка-рохля не упаковал больше еды?
Мэгги сдержала язвительный ответ и кротко сказала:
— Мы отправлялись в поход только на один день. У тебя и так всего много, разве нет? — Она удивилась, увидев, сколько мужчина втиснул в свой рюкзак.
— Еды не бывает слишком много, — пробормотал бандит, вытряхивая отобранный рюкзак. Из вещей остались только свисток и аптечка, ещё карандаши и альбом отца, из которого мужчина с ухмылкой выдрал страницы.
— Вместо еды таскает с собой всякое дерьмо. — Он сплюнул на землю. — Трата времени для слюнтяев.
— Это не дерьмо! Ты глупый! Мой папа — отличный художник.
Бандит вскинул голову, и Мэгги резко втянула воздух.
— Что ты сказала?