Послание.
Вик велел Ксандеру отправить послание. Ксандер, должно быть, использует волосы как сообщение ее дедушке. Кровь за кровь… он поплатится за свои преступления собственной кровью…
Ксандер упомянул о переговорах с врагом. Вик пытается что-то получить от ее дедушки или наоборот? Неужели Стелла умрет, если дедушка не даст Вику то, чего он хочет? Что им вообще нужно? Что дедушка сделал с отцом Ксандера, и что заставило его удариться в бега?
Кто вообще все эти люди?
20
Несколько часов спустя Стелла лежит, свернувшись калачиком, в центре большой кровати Ксандера. Она проверила каждую дверь и каждое окно в комнате. Выхода отсюда нет. Даже если удастся выбраться из комнаты, ей никогда не спуститься с горы. По всей видимости, ее увезли за пятьдесят миль от города, если не дальше, и потребуется несколько дней, чтобы добраться домой пешком.
Стелла слышит легкий стук и садится.
— Кто там?
— Ужин, мисс, — отвечает горничная как раз в тот момент, когда в дверном замке поворачивается ключ.
Стелла спрыгивает с кровати — возможно, это ее единственный шанс сбежать до возвращения Ксандера.
Стоя у стены рядом с дверью, она ждет, когда в комнату внесут знакомый поднос, и замечает, что прямо за горничной стоит Ди. Его чрезмерно накаченные руки скрещены на груди, и он смотрит на Стеллу сверху вниз, качая головой, будто точно знает, что она задумала.
— Ты жив? — опешивает Стелла. Похоже, мужчина даже не пострадал. Стелла улыбается с облегчением, так как беспокоилась о нем, но это чувство длится всего мгновение, потому что девушка быстро понимает, что Ди останется стоять на месте, пока подают ужин.
Когда горничная выносит поднос из комнаты, Ди крепко прижимается спиной к двери.
— Ешь. Это приказ босса.
— А не пошел бы твой «босс» нахрен? — бормочет Стелла, заползая обратно на кровать, и сворачивается калачиком от жалости к себе, игнорируя свою новую няньку.
— Лучше его послушаться. Неизвестно, когда тебе снова доведется поесть.
Стелла приподнимается на локтях и бросает на Ди испуганный взгляд через плечо.
— Это угроза?
— Зависит от обстоятельств. Так ты будешь есть?
— Нет! Откуда мне знать, может еда отравлена? — выплевывает она.
Ди отталкивается от стены и направляется к Стелле, расстегивает боковой карман своих черных брюк-карго и достает свернутый черный мешочек.
— Что ты делаешь? — Стелла отползает к другой стороне кровати, когда Ди вынимает маленький стеклянный шприц и иглу, — что это? Не подходи!
Он аккуратно присоединяет иглу к шприцу, постукивает по нему и выпускает пузырьки воздуха.
— У тебя был шанс.
Ди быстро протягивает руку, чтобы Стелла не успела среагировать, и хватает ее, вонзая иглу в плоть. Девушка кричит, но Ди не вытаскивает иглу, пока шприц полностью не пустеет.
Он отпускает ее, оставляя беспомощно лежать и рыдать на кровати. Когда жидкость начинает обжигать вены, Стелла царапает кожу. Она чувствует, как горячий наркотик поднимается по руке, проникает в грудь, обволакивает сердце, устремляется к шее и, наконец, проникает в мозг.
***
— Она мертва.
— Я вижу.
Звук знакомых голосов проникают сквозь тьму в сознании Стеллы.