Геннадий Зюганов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

Этого человека в России знают все от мала до велика. Одни им восторгаются, другие ненавидят, третьи — с интересом наблюдают за его бурной оппозиционной деятельностью, но, наверное, никому он не безразличен. Когда в 1996 г. перед народом была поставлена дилемма, как идти дальше — опять за Ельциным или испытать альтернативу Зюганова, — возможно, каждый подумал, кто больше, кто меньше, о программе и личности обоих кандидатов. И прежде всего о Геннадии Андреевиче Зюганове — лидере оппозиции, самой мощной партии России, Коммунистической, самого многочисленного Народно-патриотического союза России и самой влиятельной фракции в Государственной Думе — КПРФ. Тогда выбор был сделан в пользу Ельцина, но стала ли лучше жизнь в нашей стране?

Приближаются новые парламентские и, позднее, президентские выборы, в которых несомненно примет участие Г. А. Зюганов, причем, по мнению большинства обозревателей, в президентской гонке ему гарантировано как минимум второе место. А может быть, он достоин стать президентом? В самом деле. Он сегодня очень мало похож на того политика, которым был несколько лет назад. Это, конечно, уже не «темная лошадка», известная в основном левым партиям и патриотическим движениям. Благодаря антирекламе правящих либеральных сил на телевидении и в прессе имя Зюганова на слуху буквально у всех. Ему уже не нужно доказывать свою значимость и легитимность компартии — все это не подлежит сомнению. Отдельные навязчивые заклинания о запрете компартии в исполнении политических экстремистов практически никем не замечаются. Зюганов и КПРФ — это непоколебимая данность жизни российского общества, которое всегда по своему менталитету было левым, тяготеющим к социальной справедливости, общинному соучастию, признанию приоритетов государства и нации и отторгающим культ наживы и безнравственности.

Конечно, нельзя говорить, что компартия и Зюганов — близнецы-братья. Во-первых, в партии идут постоянная и естественная внутренняя борьба, дискуссии между центром и региональными организациями, партийными поколениями, наконец, между лидерами. Во-вторых, партия стремится расширить свое влияние на смежные политические силы, и авторитаризм руководства может только оттолкнуть союзников, особенно умеренных. Но Зюганов безусловно контролирует развитие партии и народно-патриотического блока движений. Он общепризнанный единственный лидер партии и авторитет для ее союзников, а также негласный руководитель левоцентристского большинства в Государственной Думе. По большому счету, он лидер всей российской народной оппозиции, если не считать так называемой «демократической» либерально-«яблочной» псевдооппозиции.

Россия переживает сейчас перманентный социально-экономический кризис, который естественным образом породил многочисленные политические конфликты. По мысли известного классика политологии М. Вебера, такая ситуация требует харизматического лидера, обладающего некими чудодейственными способностями и качествами. Его сторонники должны верить ему как Богу, отвечать полной преданностью и смело идти за ним в «даль светлую». Однако опыт показывает, что харизматический авторитет Ельцина в условиях российского кризиса испарился, а попытка Владимира Жириновского создать культ личности «себя любимого» превратилась в дешевый фарс. Это закономерно, ибо, как говорится, чтобы сделать рагу из зайца, нужно иметь хотя бы кошку. Для политического лидерства нужно как минимум быть крупной личностью, ибо это все-таки не должность, а состояние души, причем адекватное менталитету нации.

Вероятно, новый цикл исторического развития России требует нового типа лидера, а не того, что явил собой Борис Ельцин. В этой связи привлекает внимание позиция французского политолога Ж. Блонделя, который счел необязательной взаимосвязь остроты конфликтов и появление харизматического лидерства. По его мнению, действуют другие, более сложные закономерности. В каждой конкретной политической ситуации любой отдельно взятой страны устанавливается соотношение компонентов, которое определяет необходимость появления того или иного типа политического лидерства.

В недавнем прошлом лидерами Коммунистической партии и Советского государства были великие харизматические вожди В. И. Ленин и И. В. Сталин. Эти шекспировские личности по своим масштабам выходят далеко за пределы России и вряд ли могут анализироваться в контексте современной истории. Н. С. Хрущев — был уже их эпигоном. Разоблачив культ личности Сталина и став лидером реформаторов-антисталинистов, он допустил ряд широкоизвестных волюнтаристических просчетов, приведших к провалам в экономике СССР. Напуганный авантюрами Хрущева, обжегшись, что называется, «на молоке», технократ-прагматик Л. И. Брежнев взял курс на стабильность, коммунистический консерватизм и отказался от эволюционных, давно назревших жизненно необходимых преобразований, прежде всего модернизации страны на основе НТР. Ю. В. Андропов попытался осуществить наконец продуманные реформы, но ему трагически не хватило времени и здоровья. Молодой реформатор М. С. Горбачев оказался в конце концов несостоятельным лидером, продолжил традицию хрущевских бессистемных реформ без ума и сердца, окончательно разбалансировавших как политическую, так и экономическую систему социализма. Автор «нового мышления» и перестройки получил заслуженную награду — звания «лучшего немца» и «лучшего израильтянина». Его политику углубления реформ энергично и целенаправленно продолжил бывший член коммунистической элиты, ставший харизматическим вождем демократов, Б. Н. Ельцин. Он пошел в мировую историю как ликвидатор СССР и советского строя, ответственный организатор чеченской бойни. Но список коммунистических лидеров не исчерпывается этими лицами.

В бывших республиках СССР первоначально утвердился тип лидера — бывшего партийного руководителя, «начальника-хозяина», воплощавшего унифицированно-авторитарный стиль правления — Э. Шеварднадзе, Г Алиев, Л. Кравчук, Н. Назарбаев и др. Но с течением времени эта страта стала дополняться в условиях усиливающегося кризиса национально ориентированными политиками-прагматиками типа А. Лукашенко и Л. Кучмы. В целом налицо кризис лидерства. Думается, народные массы ожидают нового типа лидеров, бесспорно — крупных личностей, государственников, обязательно прагматиков, решительных, уверенных, здравомыслящих, заботящихся о своих гражданах, и обязательно лично честных.

Поэт Иван Савельев так образно в стихах выразил эти народные надежды:

Лидер должен был отвечать этому народному идеалу-мифу, возникшему в условиях специфической авторитарно-вождистской политической культуры населения России. Особенность политической культуры России заключается в том, что ее лидеры зачастую являются личностями, которые действуют либо во имя государства, либо вопреки государству и политической системе. Первый тип — лидер во имя государства — представлен именами, которые, кстати, часто называет в качестве любимых сам Зюганов, — Петр Великий, Екатерина II, Ленин, Жуков. Второй тип — лидер вопреки государству — представлен именами начиная с протопопа Аввакума, Стеньки Разина, Ленина, большевиков и заканчивая революционным антикоммунистом Ельциным, вступившим в прямую конфронтацию с взрастившей его партией.

С этой точки зрения только один российский политик на современном этапе отвечает парадоксальным образом требованиям обоих типов российского лидерства, то есть является лидером во имя государства и одновременно — лидером вопреки существующей политической системе. Он выражает если не на все 100 %, то как минимум на 90 % эти запросы нации во многих своих компонентах. Для нас нет сомнений — это, конечно же, Геннадий Зюганов. Он лидер оппозиции, гонимой правящим политическим режимом, подвергаемый травле в средствах массовой информации, но он же — государственный деятель, одержимый государственнической — державной патриотической идеей, требующий усиления роли государства во всех областях жизни, возрождения влияния России на мировой политический процесс.

Некоторые авторы говорят, что у него нет пресловутой харизмы в смысле бездумного поклонения ему как абсолютному вождю и страха перед ним всей нации. Но нужно ли это вообще России? Не хватит ли ей культа отдельных личностей в недавнем прошлом или фарсового культа некоторых вождей сейчас? На наш взгляд, России нужен именно такой — рассудительный, уверенный, не стремящийся к славе, к авторитарной власти, умный, но не заумный, доступный пониманию народа, лично талантливый лидер, твердо знающий, чего хочет, убеждающий других, опирающийся на коллектив верных единомышленников и в нем черпающий свои силы.

В прессе уже появились сотни материалов о политическом лидере левых сил Зюганове. Но пришло наконец время поподробнее разобраться в биографии этого незаурядного человека, крупного политика, видного ученого-философа и геополитика, в целом, прямо скажем — уникальной фигуры на российском политическом небосклоне. Издательство «Феникс» опубликовало в своей яркой серии «След в истории» целый ряд портретов современных политических деятелей и, естественно, не могло обойти вниманием этого общепризнанного, второго или третьего по значению, политика России.

Писать о Зюганове легко и сложно одновременно. В его биографии нет личных и семейных катаклизмов. Он женат всю жизнь на первой жене, не принимал непосредственного участия в авантюрах, в военных или мятежных действиях, не стоял на броневиках или танках с указующим перстом. О его внутрипартийной и личностной борьбе также мало что известно. Он не считает нужным афишировать свои проблемы, личные успехи и поражения, не любит, что называется, выставляться, демонстрировать обиды и эмоции, политические амбиции. Он не рвется в правительство, не предлагает свои услуги… Его даже долгое время не считали публичным политиком, так как он был слишком закрыт для граждан и непроницаем как базальтовая скала. С течением времени Зюганов все-таки осознал, что в новых условиях партийный и парламентский лидер должен быть более понятен, доступен не только единомышленникам, но и всем гражданам-избирателям, и дал определенный объем информации прессе о своем житье-бытье. Но это оказалось полуофициозным минимумом, на котором очень трудно построить развернутое жизнеописание и тем более — харизматический культ. Последнее, наверное, просто невозможно, так как Зюганов принципиально отрицает всякий авторитаризм, ибо он органично претит его истинно русской, общинно-коллективистской натуре.

Общепартийная и парламентская деятельность составляет, как известно, ядро политической жизни Зюганова. Его биография — это, в известном смысле, история КПРФ и ее фракции в государственной жизни, это элемент биографии российской оппозиции, лидером которых он является.

При подготовке очерка о его политической деятельности мы обратили внимание на следующие этапы становления Зюганова как политического лидера. Во-первых — становление его личности, мировоззренческих и политических убеждений в послевоенное время. Это требуется показать, так как дефицит убежденности партийных кадров, как известно, особенно обозначился в перестроечное и последующее время. Почему Зюганов не изменил своей партии, когда большая часть номенклатуры забыла о ней? Откуда у него столь твердые коммунистические убеждения? Убеждение, как известно, включает в себя как мировоззренческие позиции, так и осознанные цели, стратегию и тактику политических действий. Важно выявить истоки формирования жизненной позиции в детстве и юности, затем в период становления Зюганова как политического лидера, его характера, который также существенно влияет на формирование лидера, его признанных всеми качеств — твердости, неподкупности, несгибаемости. Всем известно, какой травле подвергся Зюганов в либеральной прессе, какие гнусные россказни пошли о нем, которые иной раз и опровергать просто противно. Но Зюганов выстоял, стал одним из крупнейших политиков России.

Во-вторых, профессионализм Зюганова как преподавателя-математика и исследователя-философа, управленца высшей квалификации, профессионального парламентария, безусловно, есть сердцевина его многогранной деятельности. Неустойчивость многих партийных лидеров в прошлом, сильная зависимость от внешних факторов, всплесков эмоций вызваны отсутствием серьезной профессиональной, так сказать, непартийной подготовки. Политический деятель обязан быть кем-то еще, кроме политика или партийного лидера. Он должен знать жизнь, уметь работать профессионально в, так сказать, обычной сфере деятельности и иметь отступные пути. В конце концов, нельзя же гарантированно всегда быть депутатом или секретарем ЦК? Причем это касается не только узких направлений деятельности, но и теоретической подготовки. Овладение высотами политологии, философии политики, геополитики, истории России и политической культурой, формирование профессионального политического и научного интеллекта — это важнейшая составная часть роста Зюганова, и мы уделили этому внимание.

В-третьих, обретение интеллектуального авторитета. Это не повторение банального тезиса о необходимости теоретической подготовки. Речь не идет и об умственных способностях в обыденном плане. Здравыми мыслями, как говорил великий Маркс, могут обладать и дурные люди, которые «злоупотребляют языком для вранья, головой для интриг». Интеллектуальный авторитет включает в себя привлекательность личности политика, оригинальность его мышления, прогностические способности, мастерство и уверенность ведения дискуссий, разоблачения провокаций, способность вести за собой интеллигенцию. Все эти качества присутствуют в личности Зюганова и объективно способствуют развитию его харизмы, как бы он к ней отрицательно ни относился.

Наконец, важнейшим качеством, обретенным Зюгановым, является конструктивность его мышления и деятельности. Созидательность и толерантность — это, как показала практика, очень важное начало в деятельности руководителей. История России знала политиков — разрушителей, политиков — исполнителей и продолжателей, но наиболее интересны созидатели, творческие деятели. Зюганов не просто созидательно ориентированный человек — он дирижер по своей природе. Убежден, что именно такой деятель нужен в условиях демократии и многопартийности. По идее, каждый правитель России должен обладать способностями поиска консенсуса, компромисса, умения нащупать и осуществить свою линию поведения с учетом взаимодействия с другими лидерами и партиями, с членами собственной команды. В этом Зюганов, по общему мнению, превосходит всех своих конкурентов на президентский пост, демонстрирующих собственное «Я», прямо использующих свои имена для имиджа партии или даже отождествляющих себя с движением. Есть у Зюганова и недостатки, которые, как правило, вытекают в определенных случаях из вышеперечисленных достоинств, и об этом будет специально сказано в соответствующих разделах. Но, несмотря на какие-то недостатки, можно с уверенностью сказать, что Зюганов, несомненно, политик из новой формации лидеров России, идущей на смену кадрам из брежневско-горбачевского окружения.

Раскрывая названные черты и особенности Зюганова-политика мы, естественно, не могли обойти вниманием его личную жизнь, материалы о его ближайших родственниках, хотя, прямо скажем, — сведений в этом плане было катастрофически мало. В ряде случаев в очерке используются наряду с материалами периодической печати источники устного характера, личные впечатления от встреч с Зюгановым, воспоминания, различные рассказы о нем, услышанные нами в Государственной Думе, партийных комитетах и других присутственных местах. Однако в целом читателям представлено в основном политологическое осмысление личности Зюганова и его роли в современном политическом процессе.

Как и всякий биограф, автор книги закономерным образом попал под обаяние масштабной личности своего героя и склонен, вероятно, к некоторой его идеализации, хотя как профессиональный историк он стремился следовать принципам исторической правды, научной истины, объективности и историзма. Все основные сюжеты и использованные цитаты взяты из опубликованных источников. Наверное, где-то мы допустили неточности, вызванные написанием книги в жанре популярного очерка по горячим следам и периодике. Поскольку книга посвящена Зюганову, автор старался не злоупотреблять изложением своего личного мнения, чем часто грешат журналисты, когда берутся за подобные очерки. Хотелось бы, чтобы книга в информативном плане была полезной для читателя любой политической ориентации и поэтому в текст введены различные биографические справки о соратниках Зюганова, суждения о различных противоречивых ситуациях и дискуссиях, связанных с его именем. Мы пытались не обходить сложные моменты в жизни Зюганова, хотя иной раз очень трудно судить о них из ростовского периферийного «далека».

При написании книги автор опирался на труды Г. А. Зюганова и на разнообразные документальные материалы, любезно предоставленные помощником Зюганова В. Г. Поздняковым, сопредседателем ЦС РУСО профессором И. П. Осадчим. Были очень полезны яркие биографические статьи публицистов А. Проханова и К. Молчанова. Активно использовались материалы прессы всех политических направлений, но в первую очередь газет «Советская Россия», «Независимая газета», «Патриот» и «Коммерсант-власть», журналов «Диалог» и «Обозреватель», «…ИЗМ».

Мы выражаем искреннюю признательность депутату Государственной Думы профессору Л. А. Иванченко и его помощнику А. И. Морщинеру за организационную помощь в написании данной работы, а также рецензенту работы — депутату Государственной Думы, доценту Т. М. Гудиме.

Глава 1

Математик с философским уклоном

Геннадий Андреевич Зюганов родился в самом центре Центрально-Черноземного региона России, в ее сердце, в одном из тех краев, которые обычно называют глубинкой. Непритязательное название родного села — Мымрино вызывает ассоциации с чем-то простым и незатейливым, незамысловатым и безыскусным, типично деревенским и исконно русским. Действительно, это знаменитое междуречье Оки и Волги — один из исторических центров формирования великорусской народности в России. Здесь творил замечательный писатель Иван Тургенев. Да и сам орловско-курский диалект большим пластом лег в основу русского литературного языка. В старину здесь пролегали защитные рубежи Московского царства, а в XX веке грандиозное Орловско-Курское сражение обозначило коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны. Многие села были стерты с лица земли. Сам Орел, как писал К. Федин, напоминал «кладбище мелкой крошки», вокруг полусгоревших деревянных слобод. Зюганов уже спустя много лет после войны застал немало следов войны в городе и часто вспоминал этот образ писателя.

Небольшое село Мымрино расположено сейчас в Хотынецком районе (в период войны в Знаменском районе) Орловской области в 100 километрах от областного центра, что, учитывая традиционное состояние дорог, было большим расстоянием. Недалеко от села начинались другие области.

Как говорил позднее Геннадий Зюганов, имея в виду эту близость границ, — в селе петух кричал на три области: Орловскую, Брянскую и Калужскую. В остальном село Мымрино ничем не привлекало особого внимания, даже природой — это предлесье с бедной землей.

История села была самая обычная. По рассказам жителей, его название связано с прозвищем помещицы Мавры Глинки, которая за свой тяжелый характер была едко и метко прозвана в народе «мымрой». До революции местные крестьяне жили традиционно плохо и, как большинство российского крестьянства, поддержали Октябрьскую революцию и ленинский Декрет о земле. Сталинская коллективизация в деревне прошла ни шатко ни валко, без особых эксцессов, хотя трагические случаи имелись. Корреспонденты газеты «Известия» попытались было выявить массовые репрессии в Мымрино, но не смогли толком найти в этом плане ничего сногсшибательного. Во время войны из села на фронт ушло больше ста мужиков, а вернулось десять. Деревня дала в период войны много бойцов партизанских отрядов, действовавших в соседних брянских лесах. В небе над Мымрино сражалась знаменитая эскадрилья «Нормандия — Неман». После войны в деревне долгое время стояло несколько подбитых танков. Вот и все, что было в Мымрино до того, как в ней родился будущий лидер обновленного коммунистического движения пореформенной России.

Отец Геннадия, Андрей Михайлович Зюганов прошел обычный трудовой путь гражданина СССР — работал, воевал и снова трудился до пенсии. Фамилия его произошла, как говорили местные старожилы, от названия старинного урожайного устойчивого сорта пшеницы «зюганка». По профессии и по призванию он потомственный учитель и сам преподавал в местной школе большинство предметов, исключая языки и литературу. Во время войны был командиром артиллерийского расчета и получил тяжелое ранение во время обороны Севастополя. Его вывезли из города-ге-сложную операцию и сохранили изуродованную ногу, точнее се видимость. С тех пор Андрей Михайлович ходил на протезе. После демобилизации по ранению он вернулся в только что освобожденный орловский край, где спустя год и появился на свет сын Геннадий. Родился он семимесячным, как Черчилль. Согласно астрологии Гена появился на свет под знаком Рака, но если бы родился в девятимесячный срок, то попал бы под знак Льва. Впоследствии Зюганов любил шутить: «Я Рак с претензией на Льва». Но, как показала дальнейшая жизнь, эта шутка оказалась не бессмысленной.

Мать Геннадия, Марфа Петровна также преподавала в начальных классах мымринской школы. С этой же школой связана история любви Геннадия и его будущей семьи. Здесь учились Геннадий и его будущая жена Надежда, причем весьма любопытно, что Геннадий после окончания школы преподавал в классе своей будущей жены. Хотя Надежда полностью дистанцировалась от политики по уговору с мужем (в семье достаточно одного политика), она заслуживает краткого рассказа о себе хотя бы потому, что в некоторых желтых газетах появилась такое утверждение о Зюганове и его жене: «Типичный карьерист, человек без всяких выраженных талантов, Зюганов хитер и скользок, как может быть хитер и скользок только аппаратчик… Живя в одном подъезде с Ельциным и Скоковым, он остается человеком одной с ними крови, одного КПССьего класса. И женат он на женщине своего класса — на дочери бывшего своего начальника, первого секретаря Орловского обкома КПСС, ныне председателя Совета Федерации Строева». В этом пассаже Э. Лимонова («Эдички» — будущего вождя «национал-большевистской» экстремистской «партии») все неправда от начала до конца, но поясним происхождение жены Зюганова. Надежда Амеличева — из семьи крестьян села Гнездилова. Здесь была только школа-семилетка, и доучиваться пришлось в Мымрино, где Надя жила в интернате и подружилась с Геннадием. После окончания пединститута Надя еще поработала в мымринской школе. Когда Геннадий учился в Москве, она жила одна в Орле и ждала мужа. «Номенклатурный» тесть помогал дочери и зятю — когда поросенка подбросит, когда гуся… Родителям Геннадия — учителям помогать детям было сложнее. Отец — инвалид войны сам нуждался в помощи. Когда отец стал физически сдавать («зашевелились» в теле военные осколки), Зюганов взял родителей к себе сначала в Орел, затем в Москву, где стали жить вместе такой своеобразной патриархальной семьей в три поколения.