— Папа, ты совсем? — спросила Василиса. — Мне этот вопрос задавала бабушка минуту назад.
— А точно.
— Страеешь Нортон, стареешь. — улыбнулся Миракл. — Главное сделай так, чтобы седина не появилась.
— Ой, да иди ты!
— Спасибо… — Белая Королева едва улыбнулась. — А ты… выросла.
Они замолчали. Василиса хотела сказать своей родной матери еще хоть что-нибудь, но ее смущало присутствие Черной Королевы. А та сама продолжила разговор:
— Я вижу, ты при полном параде, моя дорогая. Наверное, сильно волнуешься? Кто знает, что нам всем нагадают эти отшельники.
Белая Королева не ответила на колкую реплику повелительницы лютов, ее глаза все так же неотрывно смотрели на Василису.
— Скучала по своей дочери. — объяснила Лисса.
— Да? — изумилась Нерейва. — А мне казалось, что ты меня просто игноришь.
— Дочь была для меня в то время очень важным человеком, с кем мне хотелось бы поговорить.
И Черная Королева продолжила с не меньшей иронией:
— Ваше Белое величество, заехала бы ты к нам как-нибудь? Показала бы моим воспитанникам пару фокусов. Помнится, тебе неплохо давалась часовая магия, пока ты вдруг не стала повелевать феями.
— Я не люблю твой замок, матушка, — холодно ответила Белая Королева. — В нем слишком много клокеров и мало живых людей.
— Как быстро люди забывают прошлое, — притворно вздохнула повелительница лютов. — Ведь когда-то Чернолют тебе очень нравился. Особенно по сравнению со Змиуланом.
— Это было так давно. В прошлой жизни.
— На самом деле мне и так нравится Чернолют сейчас. — вздохнула Лисса. — И тогда нравился.
— А почему ты мне сорвала? — поинтересовалась ЧК.
— Из — за тогдашней вражды.
— Мда…
— Может, и меня пригласишь? — раздался знакомый певучий голос. — Я бы не прочь прогуляться по твоим владениям. Кто знает, может, скоро станем родственниками.
Василиса еле подавила гримасу отвращения: к ним приблизилась Елена Мортинова. Рядом с ней вышагивал Норт-младший. Брат с сестрой обменялись одинаковыми презрительными взглядами.
— Ребят, щас будет смешно. — предупредила всех Василиса. — Готовьтесь!
— Таак, щас послушаем. — потёр ладошки Марк.
— Даватйе! — просиял Ник. — Выдайте что — нибудь!
Впрочем, лица Белой Королевы и Елены при виде друг друга исказились от злости. А Василиса вдруг догадалась, почему повелительница лютов надевает на подобные собрания самую плотную вуаль.
— Демонстрируешь нам свои больные фантазии, белобрысая? — с королевским спокойствием высказалась Черная Королева. — Ну тебе-то не привыкать разочаровываться в мечтах. Нортон скорее Астрагора поцелует в его тысячелетние губы, чем женится на тебе, кобра.
От этого засмеялись все.
— Но вот теперь, когда я вспомнил тот момент не могу успокоиться! — засмеялся Норт.
— РАЗРЫВНАЯ!!! — добавила Дейла, отчего уже все валялись на полу.