— Ладно, — буркнула Василиса. Чтобы собраться с духом, она выпрямилась в струнку, положив руки на колени. — В каждое полнолуние, почти с детства, — нехотя начала она, — происходит одна непонятная вещь. Ни с того ни с сего вокруг меня появляются цифры — золотые, серебряные, огненно-красные… всякие. — Василиса видела, что в глазах Нортона-старшего что-то промелькнуло — легкий блеск, отражение скрытой мысли. Интересно, плохой или хорошей? Волнуясь, она заговорила быстрее: — Я не знаю, почему так, но каждый раз это происходит само собой. Появляется, и все! Эрик называл это часовым флером.
— Зря ты Эрика упомянула… — тяжело вздохнула Дейла.
— Возможно. — сказала Василиса, дабы не спойлернуть, как отреагировал на это отец.
Услышав имя сына, отец поморщился:
— Эрик… Вот уж кто всегда много болтал. Наверное, поэтому так и не смог разбудить свой часовой дар. Василиса, — он подошел к ней ближе, присел на корточки и, облокотившись на подлокотник ее кресла, глянул снизу вверх, — советую никому больше не рассказывать об этом.
— Но что этот флер обозначает? — горячо спросила она. — Я должна знать!
Отец резко поднялся и раздраженно взмахнул рукой, словно хотел отогнать муху.
Много кто засмеялся.
— Если ты научишься управлять этими цифрами, то сможешь делать занятные вещи. Например, путешествовать во времени безо всяких часовых механизмов и приспособлений. Вот, кстати, почему ты смогла пройти по часовому мосту, — протянул он, словно обращаясь сам к себе. — И легко справилась с огненной лестницей. Да. Это весьма… забавно.
Помолчав, он вновь обратился к Василисе.
— Никому не рассказывай об этом. Особенно, — его голос стал жестче, — Черной Королеве.
— С чего это?! — вдруг вновь обозлилась ЧК.
— Я не хотел, чтобы ты это знала и всё. — ответил Нортон.
— Это не ответ. Отвечай почему.
— Не доверял тебе. Боялся, что ты ей навредишь.
— Я?! Своей внучке?! Никогда!
— А Белой? — вдруг спросила Василиса. — Белой Королеве тоже не рассказывать?
— Да, и ей тоже. Мало того, советую больше не стараться увидеться с матерью.
— И почему это?! — тоже не удержалась Лисса.
— Ты же тоже не хотела с ней видеться, вот поэтому я ей это и сказал.
— Мда, Нортон… — тяжело вздохнул Миракл. — С тобой не очень легко.
— Тут не поспоришь.
— Значит, Белая Королева действительно моя мама?
Василиса глянула на отца с ненавистью. Ее сердце бешено колотилось в эту минуту, кровь прилила к вискам, дыхание стало прерывистым — она не чувствовала ничего, кроме горькой и жгучей обиды. Сейчас девочке хотелось только одного: броситься на него и бить, бить его по надменному лицу, пока хватит сил.
— Я это уже понял…
Она крепко зажмурилась, борясь с собственными чувствами.
— Зачем ты спас меня? — Чтобы не выдать волнения, Василиса вновь принялась рассматривать каменные плитки пола. — От Елены? Ты ведь знал, что она рано или поздно нападет на меня. Захочет… убить. — Она вздрогнула, не сумев справиться со страхом, и тут же обняла себя за плечи, словно бы желая защититься от прошлых и будущих угроз.
От отца это не укрылось.
— Елена больше не нападет на тебя, — сухо произнес он. — Я приказал ей, она больше не посмеет.
— Слова противоположны происходящему. — тяжело вздохнул Родион.