— Только в сединах. — усмехнулся Рэт.
Даже в пространстве маленькой гостиной часодей Астариус выглядел величественно и важно: расположившись в удобном плюшевом кресле, он весьма успешно делал вид, что интересуется убранством комнаты.
— Насколько я понимаю, это универсальное помещение? — поинтересовался он у хозяина дома.
Нортон-старший коротко кивнул.
— Проектом моего дома занимался известный эфларский архитектор, — тихо сказал он. — Этот человек первым смог расширить пространство при помощи ленты Мебиуса, так называемым способом парадромных колец…
— Да, твой дед был великим часовщиком, Нортон. — Астариус чуть сдвинул брови.
— Себя не похвалишь! — засмеялся Фэш.
— Точно — точно! — улыбнулся тот.
— Правда, его искусство нередко служило и темным силам… Он был одним из тех, кто открыл секрет зачасования человека. Он когда-то основал Орден Непростых, ныне запретный. А также придумал несколько изобретений, за которые впоследствии был изгнан из Астрограда.
— В этом весь ты, Астариус. — улыбнулась ЧК.
— Благодарю, внучка. — улыбнулся в ответ Родион.
Лицо Нортона-старшего потемнело от гнева. Мандигор отошел в тень, спрятавшись за спину хозяина дома. Остальные часовщики продолжали хранить угрюмое молчание.
— Да, РадоСвет считает правомерным платить злом за добро, — вдруг с непонятной тоской произнес отец Василисы, — и гнать самых преданных.
— Мы благодарны тебе, Нортон Огнев, — сказал Астариус. — Ты принес Астрограду четыре Часовых Ключа. Но ты не будешь отрицать, что добыл их не совсем честно. Осталось подождать Белую Королеву, — продолжил Астариус, делая вид, что не заметил следов ярости на лице хозяина дома.
— Злишься? — спросила Лисса.
— Раньше злился. — сказал Нортон.
— А щас?
— Смысла нет.
— И наш часовых дел мастер, Константин Лазарев, обещал непременно прийти. Вот тогда и начнем наш маленький, но чрезвычайно важный совет.
— Мне кажется, — произнес Нортон-старший, вновь принимая бесстрастный вид, — Белая Королева вряд ли посетит наше милейшее собрание. Она слишком… пуглива для этого.
— Моя мама не пугливая! — возразила Василиса, перебив себя.
— Всё верно! — согласилась Лисса. — С чего ты это всё выдумал?
— Не хотел тебя видеть. — пожал плечами тот.
Что касается Лазарева, можно прекрасно обойтись без него.
— Аа… — протянул Лазарев.
— Ты же знаешь, почему я это сказал. — ответил Нортон. — Забудь.
— Ты поспешен в выводах, Нортон, — донеслось из раскрытого окна. — Впрочем, как и всегда.
На самом краю подоконника, опершись спиной о косяк рамы, сидела женщина в темном, мерцающем одеянии. С остроконечной шляпы на ее голове спускалась плотная черная вуаль, полностью скрывавшая лицо и волосы.
— А вот и я. — улыбнулась ЧК.
— Она придет, — продолжила женщина. — Даже несмотря на твое присутствие.