— Не приятно просто.
— Знаю, родная.
— И ты показал отличную сопротивляемость. Это очень полезное свойство, которое мне пригодится.
— Я не хочу, — твердо заявил Фэш, не скрывая ненависти. — Ты не запугал меня маленького, а сейчас… я вырос. И мне действительно все равно, что ты задумал.
Астрагор усмехнулся.
— Так не бывает, племянник, чтобы в жизни было все равно. Всегда найдется хоть что-либо, хоть маленькая зацепка, когда равнодушная личина человека слетает в один миг. Даже у меня, великого Духа Осталы, есть свои желания и чаяния. Есть то, к чему я неравнодушен… Вот, к слову, у Елены Мортиновой тоже есть определенное желание. Тебе хотелось бы послушать?
— Нет, конечно, — с некоторым подозрением ответил Фэш. — Мне плевать, что в голове у этой тетки.
— Жаль, очень жаль. Всегда полезно быть в курсе чужих желаний. А вдруг они совпадают с нашими в некоторых, очень важных судьбоносных точках?
На лице Астрагора появилась ехидная улыбочка, до невозможного напомнившая Фэшу того прошлого Марка — некогда самого злостного его врага.
— Я все же расскажу, вдруг тебе будет интересно. Мортинова просила у меня помощи в одном очень деликатном деле. Видишь ли, она собирается зачасовать Нортона Огнева.
— Идеально просто… — закатил глаза Нортон.
— И что же ты такого сделал ей? — спросил Миракл.
— Вот именно, что ничего!
— Больная…
— Вот — вот!
— Пусть попробует, — хмыкнул Фэш, невольно расслабившись. — Может, получит наконец по заслугам.
— Ты не дослушал, мой лучший ученик. Торопливость — такое плохое качество… Мортинова собирается убить Нортона Огнева руками его дочери, Василисы Огневой.
— В смысле? — изумился Фэш, недоуменно хмуря лоб.
— В прямом смысле, дорогой племянник. Мортинова просит у меня одно из самых важных тайных знаний великих Духов — секрет перевоплощения.
Воцарилось напряженное молчание. Внизу, в Часовой зале, старинные часы с жакемарами тихо и торжественно отбивали удары один за другим.
«Девять часов», — невольно отметил про себя Фэш. Наверное, в зале начался ужин. Конечно же, Василиса и Захарра сели вместе — ждут его, волнуются… Он вспомнил взгляд темно-синих, очень серьезных глаз, и сердце его болезненно сжалось. Что будет, если Василиса…
— Разве этот секрет не принадлежит исключительно семье Драгоциев? — вдруг выпалил он. — Нельзя отдавать его чужим, да еще эфларцам!
Астрагор осклабился — судя по всему, Дух ожидал подобного ответа.
— Вау, — хмыкнул Нортон.
— В чём дело? — спросил Миракл.
— Удивлён, что он показал зубы, улыбнувшись.
— Очень удивительно, старик.
— Ставки слишком высоки, — медленно произнес он. — В данном случае я готов поделиться.
Прошла еще одна долгая, напряженная минута.
— Ты же все равно от меня никогда не отстанешь! — с ненавистью произнес Фэш. — До последнего, да?