— Да, а вот что насчёт того, когда ты узнала, что это это был не я? — спросил Марк.
— Мне было больно… Я думала, что потеряла тебя.
— Тиш-ше, я с тобой…
— Кучерявый совсем обнаглел, — поделилась она с Василисой. — Ты посмотри на него, весело ему…
Впрочем, Маар вновь посерьезнел, — Миракл вышел вперед.
Быстро окинув собрание деловитым взглядом, зодчий коротко кашлянул и начал:
— Я рад, что золотой ключник пользуется таким высоким доверием своего… гм… учителя. И все же не сочтите за грубость, дорогой Маркус, но РадоСвет определил меня старшим экспедиции в Расколотый Замок. По мнению советников Астрограда, моя кандидатура наиболее приемлема. Особенно по сравнению с другими кандидатами. — Он позволил себе быстрый взгляд в сторону Елены, нагло усмехнувшейся в ответ.
— Но великий Дух Осталы назначил меня главным в экспедиции, — вкрадчиво произнес лже-Марк. — Теперь я представляю его сторону. К тому же ты слишком долго был нейтрален, зодчий, поэтому у моего учителя нет к тебе доверия.
— Новые времена приносят новые мысли, старший ученик, — отозвался Миракл, сузив глаза. — Когда-то и великий Дух Осталы был мальчишкой, просто оказавшимся не в том месте и не в то время, принявшим всего лишь одно неправильное решение… Иногда лучше быть нейтральным, чем поспешить и выбрать не ту сторону, не правда ли? А вдруг Время окажется на другой стороне?
— На нашей, — улыбнулась Василиса.
— А этого даже и никто не знал, — пожала плечами Дейла.
— Даже я, — хмыкнул Родион. — Но догадывался.
— А я предвидел, — подмигнул Примаро и продолжил.
Астрагор привстал и шутливо поклонился, одарив Миракла легкой, самодовольной улыбкой.
— Спасибо великому зодчему за то, что открыл нам всем глаза, — произнес он с чувством превосходства, некогда свойственного тому, чье тело и жизнь он забрал. — Теперь мы знаем главный секрет Времени, не надо и Комнаты открывать.
Он коротко засмеялся, дав этим команду остальным — ученики разом захохотали, кидая на зодчего презрительно-шутливые взгляды. Василиса видела, как громко смеялся Рэт, улыбалась Елена, хохотал, запрокидывая голову, Феликс. И ей вдруг стало невыносимо противно и горько, потому что сейчас, получается, она сама находится совершенно не на той стороне. Неожиданно ее взгляд выхватил Примаро, стоявшего поодаль от остальных. Он не смеялся, но с особым интересом разглядывал присутствовавших в зале, очевидно подмечая какие-то детали, понятные только ему.
— Потому что я знаю многое, — перебил себя Примаро.
— И будущее, — с улыбкой протянул Рэт.
— Да милый, и будущее.
— Продолжай уже!
Миракл хранил невозмутимость, хотя скулы у него напряглись. Старший Лазарев выглядел спокойным, но все же сжал руки в кулаки. Фатум недовольно хмурился. Елена торжествующе улыбалась. А лже-Марк упивался происходящим, барабаня пальцами по подлокотнику кресла.
И вновь Василисе показалось на какой-то миг, что она видит перед собой того самого заносчивого мальчишку, Марка, — и у нее невольно защемило сердце. Каким бы ужасным ни было его поведение и поступки, он не заслуживал такой участи. Василиса вдруг представила, что на его месте стоит Фэш, и содрогнулась.
Неожиданно всеобщее веселье прервала Маришка. Она вдруг всхлипнула, закрыв лицо ладонями. Смех оборвался, словно по мановению часовой стрелы, вдруг остановившей время в Часовой зале, и все взгляды обратились к девочке.
— Простите меня, — трагическим, срывающимся голосом произнесла Маришка. — Я немного взволнована… после дороги.
— Маришка… — на одном дыхании произнёс Марк. — Ты настолько испугалась моей смерти?
— Я без тебя жить не могла, — пояснила та. — Всё же, я любила не только Фэша, но и тебя.
— А больше кого?
— Сеачала Фэша. Потом тебя… А Фэша уже перестала любить.
— Ясно…
Повисло гнетущее молчание. Василиса вдруг поняла, что все, все, все присутствующие в зале знают, КТО перед ними стоит в образе златоключника Марка Ляхтича. Даже Норт, вечно трусливый и прячущийся за чужой спиной, вдруг выпрямился, кинув в сторону Астрагора гневный, ненавидящий взгляд.