— Вот именно! — согласился Норт.
— Рыжеволосые сестры и братья Василисы никто не может стать, — с улыбкой добавила Николь.
— Потому что у неё есть мы, — обняла Василису Дейла.
— Да, это радует, — подмигнула та.
Фэш пренебрежительно фыркнул.
— Главное, мы хоть что-то нашли, — с некоторой обидой заявила Василиса, захлопывая часольбом.
— А это ли мы искали? — не унимался Фэш. Судя по всему, встреча с собственной эррантией весьма отрицательно сказалась на его настроении. — Ты ведь отдала этому рыжему монетку! Вот почему мантисса привела тебя к альбому — подарку этого мальчишки.
— Вообще-то, я проводила тиккеровку над тремя вещами, — не согласилась Василиса. — Во-первых, ржавый обломок стрелы, во-вторых, карта… О-о-о…
Она так и застыла с открытым ртом, не в силах поверить ошеломляющей догадке.
— Что там? — спросил Нортон.
— Что такое? — задал тот же вопрос Миракл.
— Щас узнаете, — подмигнула Василиса.
— Интрига…интрига!
Ничего не объясняя удивленным друзьям, Василиса поставила часольбом на пол и, вытащив из медальона драгоценный ржавый кусочек, приставила к застежке-трилистнику.
Обломок подошел идеально — острие от якобы часовой стрелы оказалось листком стилизованного трилистника ржавой кованой застежки переплета.
— Посмотрите! — Василиса поманила шар-светильник, чтобы тот приблизился и лучше осветил переплет.
— Не может быть, — первым пришел в себя Ник. — Неужели этот альбом… э-э… оружие против Астрагора?
— Угу, если подкрадешься к нему да как двинешь по башке…
Несмотря на свою ехидную тираду, Фэш внимательно оглядел обе застежки — верхнюю и нижнюю, провел пальцем по линии соединения вновь целого листка трилистника и наконец со вздохом признал:
— Мне кажется вам нужно убираться отсюда, — отрицательно покачала головой ЧК.
— Мы так и сделали, — заверила Василиса.
— И чуть ли не получили триндюлей, — цокнул Лазарев.
— Ну прости, пап… — извинился Ник.
— Прощаю, но чтобы в следующий раз…
— Я понял!
— Да, пожалуй, это отсюда… Ну и что ж такого необычного в альбоме с пустыми страницами?
Василиса забрала обломок, чтобы вновь спрятать его в медальоне. И лишь потом осторожно захлопнула часольбом.
— Я положу его в часолист, в хранилище, — сказала она друзьям. — Сейчас давайте выбираться, а потом уже подумаем, огреть кого-то им по башке или не стоит.
И она выразительно посмотрела на Фэша.
— Уматываем отсюда, — умоляюще произнес Ник. — Признаться, я бы дорого дал, чтобы больше не встречаться с самим собой.