Медленно поднялась крышка люка, из него выскочила узкая лесенка, прочно установившись на широкие металлические ножки.
У Василисы радостно дрогнуло сердце: игнорируя трап, на землю спрыгнул Ник, за ним то же самое проделал Данила, ну а Фэш, замыкавший тройку прибывших, спустился по лесенке вразвалочку, с самым независимым видом.
Все трое вырядились в одинаковые серые комбинезоны. На Даниле были перчатки с обрезанными пальцами, а на плече болтался моток медной проволоки. В ухе мастера, как всегда, сверкала золотая серьга.
— О, Данила пришёл, — улыбнулась Николь.
— Наконец-то моё появление… — обрадовался тот.
— Радуйся, радуйся.
— Привет! — заметив Василису с Мааром, поздоровался Ник. Данила широко улыбнулся им и помахал мотком проволоки, а Фэш, едва взглянув, коротко кивнул в знак приветствия.
Захарра только языком недовольно цокнула.
— Ты посмотри на него! Такой деловой, просто ужас… То занятия у него какие-то тайные, то разговоры всякие — и с твоим отцом, Василиса, и с этим зодчим, а теперь еще они с Ником и Данилой целыми днями часолет ковыряют.
— Ну так что-то все же наковыряли, — усмехнулся Маар, с интересом рассматривая машину.
— Типо разберается, — закатила глаза Диана.
— Типо того, — сходу ответил Маар.
— Но он же ремесленик, — хмыкнул Примаро.
— Часовщик между прочим.
— А ой, извини.
Фэш все-таки подошел к друзьям. Небрежно засунув руки в карманы, он состроил Захарре насмешливую гримасу, а затем обратился к Маару:
— И где же твой дед?
Но Механик уже спускался к ним неторопливой походкой, с неподдельным интересом поглядывая на «Вихрь».
— Так вот что за машинку вы собрали! — начал он на ходу. — Ну-ну, посмотрим.
— Не машинку блин… — расстроился Ник.
— А машина!!! — добавил Данила.
— И очень даже классная, — дополнил Фэш.
— Вместе делали, — согласился Ник.
Мастер с оценивающим взглядом прошелся вдоль корпуса часолета, провел рукой по поверхности, простукал костяшками пальцев в некоторых местах, недовольно поворчал что-то под нос, заставив даже Данилу выпрямиться в струнку. Наконец, дважды обойдя машину, Механик остановился, почесал лысую голову, и вынес вердикт.
— Могло быть и хуже… Откровенно говоря, топорно сработано… — забормотал он. — Почему заклепки торчат? Да и симметричность крыльев внушает серьезное опасение. Надо немедленно проверить аэродинамические свойства вашей колымаги… Как вам вообще разрешили на нем лететь? Ай-яй-яй… В целом, за общий вид ставлю четверочку… по десятибалльной шкале. Посмотрим, что ж вы там внутри наворотили, мастера юные…
— Ну мы же старались! — цокнул Ник.
— Ай… — махнул рукой Лазарев. — Вы можете что — то даже и упустили.
— Десятибальная шкала? — спросил Лёшка. — Он что, из Белоруссии?
— Нет, причем тут это? — хлопнул себя по лицу Маар.
— Нет Лёш, — вмешалась Василиса. — Дурачок ты.