— Как твои успехи в часодействе? — снова спросил Маар, как только покончил с первой булкой. — Что вообще произошло за мое отсутствие?
— Чего только не произошло, — выгнула бровь Василиса, скривившись. — Если коротко, то мой отец рассказал всем о часовом флере, Миракл стал моим учителем, и теперь я тренируюсь работать с тиккером.
— Ого, с тиккером! — изумился Маар. — Ты сможешь видеть прошлое и будущее любой вещи — от гайки до огромного замка!
— Теперь умею это делать! — с восторгом произнесла Василиса.
— И мы все гордимся тобой. — улыбнулся Фэш.
— Ты молодец. — поддержала Дейла.
— Вы все тоже молодцы! — ярко улыбнулась Василиса. — В ытоже много чего классного имеете!
-Это уж точно. — хмыкнул Ник.
— Миракл тоже так считает, ага.
— Но почему твой отец разболтал о часовом флере? — продолжил друг. — Это привлечет к тебе ненужное внимание.
Василиса чуть не ляпнула о ловушке для людей Астрагора, но вовремя прикусила язык.
— Вот… — прошипел Нортон.
— Чуть не проболталась! — цокнула ЧК.
— Извините… — вздохнула Василиса.
— Не знаю, — смущенно сообщила она, невольно краснея от вранья. — Да, представляешь, отец сказал, что будут праздновать мой день рождения!
— Отлично! — усмехнулся Маар. — Значит, есть повод подумать о подарке.
Разделавшись со второй булкой, он принялся рассказывать об остальском городе Берне в Швейцарии: мол, в старой части города много интересного, например фонтаны-скважины. Василиса все ждала, что вот сейчас друг наконец-то вспомнит о Бернской часовой башне, но тот переключился на королевскую мастерскую — и работы накопилось, и что-то не так с клоками, да и клокеры постоянно ломаются.
— А ты что думала? — спросил Маар. — Дела были. Потом уже о башне бы поговорили.
— Ясно. — поняла Василиса.
Наконец Василиса не выдержала и в открытую уставилась на Маара пытливым взглядом.
— Ну что, ты узнал о башне? — спросила она напрямую.
Маар быстро кивнул и приложил палец к губам. Ага, значит, его дед находится где-то поблизости.
— Все потом, — прошептал мальчик.
— Извини. — пожал плечами Броннер. — Дела были.
— Да она тебя давно уже поняла! — засмеялся Ярис.
— Я тебя не спрашивал, Чаклош.
Они еще немного поболтали, но вот раздался скрежет дверных петель, послышалось неразборчивое пение — в мансарду вошел дед Маара. У него тоже был очень усталый вид, грязная помятая одежда и испачканные чем-то черным руки. От него пахло потом и машинным маслом, но в целом часовой мастер выглядел довольным.
— Ну здравствуй-здравствуй, черная ключница, — усмехнулся он Василисе. — А я-то думаю, куда это внучок запропастился, дармоед этакий? А ну-ка, бессовестный, принеси мне ту коробку со старыми наручными часами, что мы на московской барахолке выменяли… И побыстрее!
— Бессовестный! — засмеялся Марк.
— Ахаха, ору! — поддержала Диана.