— Николь зови! — засмеялся Марк. — Что же ещё?
— Я пришла позже. — ответила та, улыбаясь.
— Жаль.
Василиса замерла, раздумывая. Перед глазами неторопливо качался туда-сюда круглый медный маятник. Позади него висели на толстых цепях здоровые литые гири-цилиндры, похожие на слитки золота. Над ними с тихим щелканьем и шорохом крутились, цепляясь друг за друга, часовые колеса и трибы разной величины, передвигались рычажки, скрипели от натуги пружины и что-то тихо-тихо щелкало где-то далеко внутри механизма.
— Однако странные часы… — призадумался Лазарев. — Я такие впервые вижу.
— Не ты один. — согласилась Диара.
И вдруг, разбивая успокоительную симфонию механизма, часы пробили в первый раз, — Василиса чуть в обморок не грохнулась от испуга. За первым ударом последовал второй, третий… Отполированная поверхность маятника сверкала, неумолимо притягивая взгляд.
Четвертый, пятый…
— Шестой… — добавила Диана.
— А шестого и даже седьмого не было. — разочаровала Василиса.
— Эх…
Переход произошел мгновенно: на какой-то миг Василисе показалось, что при очередном колебании маятника она вдруг обернулась маленькой точкой в центре его диска, а при следующем — вновь стала собой, обнаружив себя возле таких же часов, но уже в другой комнате — полутемной, с высоким потолком, мрачноватой. Здесь очень тяжело дышалось: легкие с трудом принимали воздух — пыльный, плотный и загустевший, как в давно не проветриваемых помещениях.
— Понимаю… — вздохнул Норт.
— Блин, как ты ещё выжила? — поинтересовалась Диана.
— Не знаю. — пожала плечами Василиса.
— Щас она скоро в беду попадёт. — холодно усмехнулся Нортон.
— Ого… — только и сказала девочка, все еще восторженно переживая такой короткий и точный временной переход. Невольно она прониклась уважением к мастерству Астрагора, но постаралась отогнать эту мысль, совершенно несвоевременную.
— Да, у Астрагора много всяких переходов. — согласился Рэт.
— И они кажется очень странными… — добавила Маришка.
— На то он и Дух Осталы… — пожал плечами Миракл. — Так сказать Великий!
— Раз у него куча переходов. — поддакнул Лёшка.
Василиса зажгла над головой шар-светильник и сжала рукой медальон, ощутив его теплую, металлическую поверхность. Немного успокоившись, она зашагала к высоким темным дверям, едва видным на другом конце залы. По пути ей приходилось перескакивать через обломки длинных, полусгнивших досок, насыпей из старой штукатурки и всякого мелкого мусора, опасно крошащегося под ногами.
— Всякий мусор. — скривилась Василиса.
— Хорошо, что вы убрали. — улыбнулся Лёшка. — А как?
— Эфер, друг мой. — улыбнулся Фэш. — Эфер.
— Ааа…
А еще она чуть не споткнулась о грозно торчащие из пола железные прутья, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся металлическим каркасом ступенек или чего-то подобного. В этой комнате находилось много шкафов — разломанных, с обвалившимися полками. Зато на уцелевших полках стояли книги — толстые, в массивных переплетах. Василиса решила, что обязательно рассмотрит их получше, но уже на обратном пути, потому что сейчас ей предстояли, по всей вероятности, долгие поиски зала со стеклянным потолком.
— Да. — согласился Марк. — Нужно поторопится.
— И без нас… — вздохнула ЧК.
— Да ладно вам… — махнула рукой Василиса.