— Фу, не сломан! — облегченно выдохнул он. — А то он меня, пока мы на земле были, лбом как стукнул!
— Повезло! — поддержал его Данила. — А то тебе был бы пи…
— Капец. — зло поправил его Константин.
Василиса неловко топталась на месте, чувствуя себя виноватой.
— Леш, извини… все ж из-за меня.
— Никогда. — перебил её Фэш, обнимая. — Никогда не вини себя, поняла?
— Хорошо, я поняла. — поцеловала его Василиса.
— Да ладно, — отмахнулся Лешка, — здорово подрались. А тебе, кстати, не помешало бы выучить пару приемчиков, а то совсем защищаться не умеешь.
— Вряд ли у меня что-нибудь получится…
— Слова противоположны происходящему! — одновременно воскликнули Гроза и Родион.
— С твоей физической подготовкой — получится, — заверил Лешка. — Только это, боевой дух у тебя того… слабый очень.
Василиса не ответила. Но подумала, что, если она собирается ехать в летний лагерь, надо действительно поднимать боевой дух: Инга там житья не даст.
— Ладно, пора домой.
Лешка первым нырнул в подъезд.
— Ну что, потом зайдешь? — спросила Василиса, когда они поднимались по лестнице, и улыбнулась: — Кто за тебя алгебру решит?
— Ха, не все же такие умные, как ты. — Лешка ухмыльнулся. — Считаешь ты здорово, что и говорить.
— Алгебра? — не поняли многие.
— С 7 класса на Остале, математика разделена на две части: Алгебра и геометрия. — пояснила Василиса с интересом глядя на друзей.
— Ааа.
«Еще бы!» — подумала Василиса, вспомнив о ежедневных упражнениях, которые давала ей Марта Михайловна. Иногда девочке казалось, что опекунша решила сделать из нее математического гения: каждый вечер Василиса решала задачи, чаще игровые или логические, но с обязательным применением чисел. И всегда у Марты Михайловны имелись наготове новые ребусы, откуда только она их брала? Но теперь опекунша была в больнице, и у Василисы появилось много времени… Даже Лешку можно было пригласить, потому что кошки неожиданно исчезли — ни одна больше не крутилась у порога. Странное и непонятное, но все же приятное событие.
— А я понял почему. — догадался Норт.
Леша жил на пятом этаже, а Василиса — на четвертом. Потому они оба увидели приоткрытую дверь и услышали голоса, доносившиеся из бабушкиной квартиры.
— Ого, у тебя гости? — удивился Леша.
Сердце у Василисы екнуло. Ей вдруг почему-то стало страшно. Не понимая, что делает, она развернулась и со всех ног побежала вниз.
На улице стало легче: прохладный ветерок нежно дул в лицо, гладил воздушными ладонями по макушке, успокаивая.
— Василис, что с тобой? — Рядом оказался недоумевающий друг.
— Лешка, я туда не пойду.
— Да не волнуйся, ты чего?
Кто-то тронул Василису за плечо. Девочка обернулась — тетя Галя, ее соседка. Глаза женщины блестели от восторженных слез.
— Василиса, девочка моя, — пропела она. — Такая радость! Там твой отец…