— Я тоже очень рада, Аскольд Ильич, — протягивает ему руку Татьяна. — Я к вам в связи с исчезновением Вадима Маврина. Вы ведь об этом знаете уже…
— Кое-что даже предпринял. Но пока ничего существенного. Бесспорно лишь то, что он ушел из дома наспех. Взял с собой только самое необходимое.
— А что вы имеете в виду под самым необходимым?
— Из трех своих костюмов взял один сорочки, нательное белье и обувь…
— А пальто?
— Макинтош.
— Все Варино осталось, конечно?
— Кроме ее маленького портрета, висевшего на стене. Забрал еще все ее фотографии из альбома.
— А когда примерно ушел?
— Соседка видела его с чемоданом около десяти вечера. И был он не один. С ним из его квартиры вышел еще какой-то мужчина в темном костюме. Лица его в сумерках она не разглядела.
— Куда направились, не обратила внимания?
— Она видела их на площадке лестничной клетки.
— Евгению Николаевичу докладывали?
— Докладывал.
— Ну, я тогда зайду к нему и, может быть, помогу вам в этом деле.
…Начальник районного отдела внутренних дел подполковник Лазарев идет ей навстречу, сияя радостной улыбкой.
— Приветствую вас, дорогая Татьяна Петровна!
— А почему не как прежде — Танечка? — смеется Грунина. — И без обычного вашего: «Вы все хорошеете»?
— Так вы же сердились на это…
— Теперь не рассержусь. Я очень, очень скучаю по прежней своей работе, Евгений Николаевич. Может быть, напрасно ушла от вас…
— А мы, думаете, не скучаем без вас? Но ведь вы сами…
— Да, сама, — вздыхает Татьяна. — Но теперь уже поздно об этом. А я к вам в связи с исчезновением Маврина…
— Докладывал мне о нем Крамов. Не понимаю я, чего вы все так всполошились? У него ведь вещи остались, свои и жены. Вернется он за ними да и квартиру так не бросит.
— Ждать, когда сам вернется, рискованно. Может и вообще не вернуться… Судя по всему, он снова встретился с тем авантюристом, из-за которого попал на скамью подсудимых.
— С тем, который научные секреты профессора Кречетова хотел выкрасть?
— Да, Евгений Николаевич. С Корнелием Телушкиным.
— Ну, тогда дело может оказаться серьезным.
— Вот и помогите нам, Евгений Николаевич. Узнайте, пожалуйста, в какой тюрьме отбывал наказание Телушкин, когда освобожден, и вообще все о нем.
— А вы никуда не уезжаете? — спрашивает Лазарев, записывая что-то в настольный блокнот.
— Я буду в Москве, пока не найдется Маврин. И если понадобится, стану искать его сама.