Жигалов и Балатон. Последний удар «пантеры»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алексей хотел собрать всех бойцов. Нет, не для того, чтоб огласить приказ, а просто поговорить, посмотреть в глаза. Обернувшись, увидел, что все и так уже были здесь. Он никогда не выступал ни на собраниях, ни на митингах, поэтому сейчас говорил просто:

– Мужики, кому не понятно, объясню. Колонна эта везет снаряды и топливо тем, которые прорвались раньше… – как когда-то Бабыня, теперь он, Леха Макар, внимательно вглядывался в лица людей, с которыми предстоит идти в бой. – Не можем мы спокойно сидеть и смотреть, как они проедут мимо нас. Мы должны их задержать. У нас нет сил, чтобы остановить колонну, но задержать мы ее сможем. Я лично обещаю вам такой фейерверк, которого даже в Париже не бывает! Если удастся задержать до темноты, то ночью они никуда не сунуться, а там глядишь, наша дальнобойная артиллерия ударит, или за ночь небо разъясниться, авиация прилетит.

В лицах бойцов не было ни явной трусости, ни ложного героизма. Все автоматчики Магазинщикова и освоившиеся с немецкими пулеметами штрафники внешне выглядели спокойно.

– Лейтенант, больше в укрытии отсидеться не получится, – попытался подшутить Буратино, – пехоты очень много.

– А мы готовы, товарищ рядовой по коммерческой части, – парировал тот. К Алексею подошли штрафники:

– Командир, мы к своим пойдем.

– Куда к своим? Где они свои?

– Ты не понял командир, к Данилову мы пойдем, шесть человек нас, три пулемета, под сгоревшими танками такие огневые точки устроим, что немцу мало не покажется. Ты на нас рассчитывай командир. А остальные с вами останутся, в подчинение к лейтенанту. Что Данилову передать?

– Передайте, пусть головные машины пропустит и бьет им в спину, для нас это будет сигналом, – и добавил: Спасибо, братцы. Поторапливайтесь, минут через двадцать колонна подойдет.

– Прощай, командир, увидимся ли еще?!

– Обязательно увидимся, нам бы до темноты продержаться. Потом отходите.

Леха осмотрел свою наскоро отремонтированную пушку. Буратино с Шуриком, пока суть да дело, поменяли на ней одну станину, колесо и искореженный взрывом щиток, все основные механизмы были целы. Приказал доставить на позицию как можно больше снарядов.

– Все, – сказал своим бойцам, – в прятки больше играть не будем.

– Орудие к бою!

– Взвод к бою! – командовал пехоте лейтенант Магазинщиков.

Колонна немцев была похожа на огромную змею, хвост которой уходил за горизонт, а голова подползала все ближе и ближе. Вот она поравнялась с танками Данилова. «Только бы у майора хватило выдержки», – подумал Макарычев, и в ту же минуту танк ожил и с близкого расстояния, метров с пятидесяти, всадил двум «пантерам» в их башни, в слабо защищенный зад, да еще с такого расстояния. Башни разлетелись как яичная скорлупа.

Наблюдать дальше у Лехи не было времени, он уже держал на прицеле грузовик:

– Выстрел! Заряжай!

– Готово!

– Выстрел! Заряжай!

– Готово!

Их видавшая виды ЗИС-2 посылала снаряд за снарядом. Немцы называли эту пушку шилом, рапирой за высокую точность и пробивную способность, и она оправдывала эти прозвища. Там внизу началось что-то трудновообразимое: горели бензовозы, вытекающее из них топливо растекалось по земле, в грузовиках рвались снаряды, огонь занимал все большую и большую площадь. Эсэсовцы выпрыгивали из бронетранспортеров и не в силах понять, что происходит, палили из автоматов куда ни попадя. Из-под сгоревших танков ударили пулеметы штрафников, теперь уже они выкашивали все на своем пути.

– Дохни, мразь, гори в этом адском огне, – Леха высаживал снаряд за снарядом, – таких «жирных карасей» можно бить и за два километра.

Голова колонны сгрудилась, смешалась, уходящие от огня грузовики сталкивались друг с другом.

– Все, командир, хватит, – черный от копоти пороховых газов Буратино присел на край станины, – а то пушку перегреем, да и снаряды заканчиваются.

Пушка, действительно, была как каменка в русской бане. Пот заливал Лехе глаза, он посмотрел на позицию без прицела. Танк Данилова горел, горели и разбитые им четыре «пантеры». Оставшиеся две успели сориентироваться, развернуться и, прикрываясь горящими машинами, расстреляли его, недвижимого, в упор. Затем немцы начали бить по сгоревшим танкам, под которыми были пулеметчики.

– Пушку прятать будем? – спросил Шухрат.

– Да они давно уже нас обнаружили, – ответил за Леху Буратино. – Сейчас там закончат и сюда рванут.

И действительно, от колонны вскоре отделились шесть бронетранспортеров и устремились в их сторону, на соединение с ними от головы шли два танка. Темнота предательски не наступала, даже сумерек не было. Лехе казалось, что бой длился уже долго, несколько часов, хотя с первого выстрела прошло не более часа. Долина горела, беспрестанно рвались боеприпасы в немецких грузовиках. «Что ж, молодец ты сержант Макарычев, – подумал он, – а что теперь? А теперь все, не будет больше ни момента неожиданности, ни укрытия, ни засады. Другие подставляли себя под огонь врага, отвлекая его на себя, и все это потому, что ты, Леха Макарычев, хороший наводчик, снайпер, а теперь никого больше нет: ни батареи Долгова, ни Данилова со своими штрафниками, которые тоже подарили тебе минут пятнадцать незамеченности, и за эти минуты ты успел послать в колонну три десятка снарядов. Так что в том горящем и рвущемся месиве, которое все больше разрастается там в долине, не только твоя заслуга, но и их тоже».

Он прекрасно понимал, что шансов нет никаких ни победить в этом бою, ни даже выжить. Одно дело бить из засады, через кусты, иногда сквозь кусты, оставаясь незамеченным, бить в борт, в корму. Совсем другое – встретиться с таким лоб в лоб. Немцы пока не стреляли, они не видели их пушку, но они четко знали направление, откуда велся огонь, и теперь неумолимо приближались к их позиции. Можно ли победить «пантеру»? Можно, но для этого нужно попасть в одну точку, которая размером с пачку папирос, чуть влево или вправо – и будет рикошет.