Патриоты: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

59. Сербиненко

Секретарь Обкома КПУ Н. Толубеев» [16].

Замечание Анатолия Бонифатиевича Джусова:

«Как видим, в большинстве приведённых фамилий отсутствуют элементарные паспортные данные, что указывает на некомпетентную, неглубокую поисковую работу тех, кто готовил этот документ и того, кто его подписал.

В списке отсутствуют фамилии А. М. Цокура и его жены Е. В. Бутенко, Е. И. Недодаевой-Шуть, А. К. Бута. Это, без сомнения, потому, что они имели связь с действующей в нашем городе в 1941-43 гг. подпольной организацией украинских националистов (ОУН). В советское время такой поступок сводил на нет любые патриотические действия кого бы то ни было. Замалчивание фамилий подпольщиков, причастных к ОУН было самым лёгким, но непременным и само собой разумеющимся наказанием.

А вот почему не названы фамилии И. В. Кутового, деда Я. О. Пернова, В. М. Каждан, П. И. Кутовая, М. И. Харьков, Н. С. Чуприна, М. О. Шеболдас и некоторых других. Разве только потому, что они входили в группу А. М. Цокура и на них упала тень его «греха». А, может, они тоже имели связь с ОУН» [17].

Вторая группа состояла из более зрелых членов. Она была создана в конце 1941 – начале 1942 года. «Им управлял беспартийный патриот А. М. Цокур (в некоторых партийных справках указывается, что он был коммунистом, что вызывает сомнение, поскольку Алексей происходил из семьи священника, а таким вступление в партию было закрыто). В то же время в ней насчитывалось более 31 человека возрастом 27-40 и более лет. Особенность в том, что кое-кто из подпольщиков имели отношение к одной, и к другой группе. Это противоречит правилам конспирации, но, к сожалению, так было. Большинство акций проводились обеими группами совместно» [18].

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что даже сами участники подполья могли воспринимать эти две группы, состоящие из молодёжи и более зрелых членов, как одну большую подпольную группу.

Теперь о том, почему настоящим руководителем подполья (я подразумеваю и молодёжное крыло и группу Алексея Цокура) являлся не Никита Головко, а упомянутый выше Алексей Макарович Цокур. О его биографии и подпольной деятельности речь пойдёт в соответствующих главах, а здесь я хотел бы привести версию украинского историка-краеведа Анатолия Бонифатиевича Джусова, напечатанную на страницах «Новомосковской правды» в 2012 году.

«В справках Днепропетровского областного управления КГБ, обкома компартии, – пишет в газете «Новомосковская правда» в статье «В плен не сдался» Анатолий Бонифатиевич, – в 1946-1948 гг. только А. Цокур, и никто другой, упоминается как руководитель группы подпольщиков г. Новомосковска. В официальной обкомовской справке о нашем подполье имя Головка упоминается один раз бегло, как о секретаре подпольной комсомольской организации, а Цокура – трижды, и как влиятельного подпольщика.

Так почему же А. Цокура советские идеологи не решились назвать руководителем подполья открыто? Очевидно, потому, что в биографии Алексея есть такие, не совместимые с канонами большевицко-советской идеологии, факты:

– он не был ни членом ВЛКСМ, ни членом ВКП(б);

– он был сыном священника, то есть «вражеским элементом»;

– в августе-октябре 1941 г. находился в плену;

– поддерживал связь с подпольной городской организацией ОУН.

В биографии Н. Головка таких «тёмных пятен» не было. Она у него классическая – советско-большевицкая. И, не смотря на то, что по официальным свидетельствам новомосковского горкома ВЛКСМ и Государственного архива Днепропетровской области он был только одним из участников подпольной молодёжной организации г. Новомосковска, в 1964-1968 гг., его, в интересах коммунистической идеологии, пренебрегая исторической правдой, «назначили» руководителем молодёжной подпольной организации г. Новомосковска 1941-1943 гг.

Время исправить искажённую историю и воздать каждому по его заслугам» [19].

Следует также упомянуть о том, что в годы немецко-фашистской оккупации в Новомосковске, как и на всей территории Украины, действовала организация украинских националистов (ОУН(б)). Она боролась как против нацистской, так и против коммунистической власти, имея своей целью построение независимой Украины. Главой ОУН(б) в то время в Новомосковске был бывший полковник царской армии Иван Константинович Гаркушевский. Анатолий Джусов пишет на страницах второго издания «Истории Новомосковска» о том, что членами ОУН(б) в Новомосковске были В. А. Виленко, О. Елецкий, А. К. Бут, Иван Матвеевич Ткаченко, Плексей Андрусенко, Леонид Сергеевич Тонконог, Валя Шевченко (из города Днепропетровска) и ещё свыше 40 неустановленных личностей. «С этой организацией, – пишет Анатолий Джусов, – поддерживал связь Иван Шуть (отец Е. Недодаевой-Шуть, семья проживала по ул. Артёмовский переулок, 5, квартира которых использовалась ОУН как явочная), Серафим Иванович Шуть (1912 г.р., брат Евгении, проживал в с. Кулебовка), возможно и другие подпольщики. Проследить за деятельностью этой организации очень сложно. В открытых архивных фондах информация о ней слишком скупа. А фонды бывших НКВД-КГБ для простых смертных всё ещё недоступны» [20].

В городе формируется молодёжная подпольная организация

О том, как образовалась в Новомосковске молодёжная подпольная организация, и о том, как она функционировала, какие проводила акции, подробно рассказывает участник этого подполья, ветеран ВОВ Владимир Ионович Литвишков. Эта история опубликована в газете «Новомосковская правда».

«Шёл 1941 год. Я окончил девять классов школы №4 г. Новомосковска в неполные семнадцать лет и началась Великая Отечественная война. Таких как я в армию не брали, хотя мы обращались в военкомат. В августе 1941 года немецко-фашистские войска захватили правобережную часть Днепропетровска, но дальше правого берега наши войска не дали возможности им продвинуться в направлении на Новомосковск. Немцы вынуждены были форсировать р. Днепр в районе г. Кременчуга и войти с боями в г. Новомосковск со стороны с. Перещепино по старой дороге через с. Марьяновку, отрезав таким образом группу войск Красной Армии, занявших оборону под Днепропетровском. Семь дней, семь ночей непрерывным потоком двигались через г. Новомосковск немецко-фашистские войска на Донбасс, что, в совокупности с жёсткостью террора режима оккупации, наложило тяжёлый моральный отпечаток на население города.

В трудных условиях 1941 г. в г. Новомосковске родилась подпольная комсомольская организация, которую возглавил Никита Головко.

Первые организационные встречи состоялись в доме на улице Щорса (ныне №31 на «Транзитке» (район в городе Новомосковске – п.а)), где проживал я со своими родителями, и в квартире на улице Лекарской у Евгения Мирошника.

На этих встречах нас пока было четверо: Никита Головко, Евгений Мирошник, Николай Белый и я. На первой встрече нами были высказаны мысли о необходимости вести борьбу с фашистами, с их злостной информацией и, следовательно, о необходимости создания организации.

Следующая встреча у Мирошника окончательно решила вопрос о формировании подпольной комсомольской организации. При этом каждый из нас сказал на этой встрече, что долг патриота зовёт нас на борьбу с врагом и как бы клятвой звучало решительное высказывание каждого из нас, что мы все как один исполним свой долг патриота и не прекратим борьбу до тех пор, пока последний фашист не будет изгнан из нашей страны. Впоследствии слово «Патриот» стало нашим именем и стояло на наших листовках.

На этой встрече был разработан план действий подпольной организации, где первым и главным вопросом в наших действиях ставился вопрос о правдивой информации населению города о событиях на фронтах, так как лживая фашистская информация давила на народ, который запугивали массовые расстрелы во дворе бывшего педагогического института.

Для того, чтобы довести правду до населения о положении на фронтах, необходимо было иметь надёжные источники информации.

Поэтому было принято решение добыть какой-либо приёмник. Руководить операцией было поручено Мирошнику и Белому. И я ему помогал. После напряжённых поисков и среди надёжного населения мы отважились на рискованный шаг, решив добыть приёмник у немцев. У населения приёмники были отобраны под угрозой расстрела. Не одну неделю охотились мы за приёмником, пока случай не помог его похитить у проходящей через город части.

Переправив приёмник на квартиру к Евгению Мирошнику (на фото), мы с волнением прослушали сообщение Совинформбюро. Затем радиоприёмник моя сестра Александра принесла на квартиру к Никите Головко и сообщения стали поступать к нам для размножения, которые доставляла Зина Белая (сестра Николая Белого, которая вошла в состав подпольной организации). На улицах Лекарской и Щорса по полученным данным готовились листовки. Сначала их писали от руки и расклеивали в районе Кущёвки и Октябрьской улицы. Под сообщением стояла подпись «Патриот».

О листовках, хотя негромко, но заговорили. Наша, пока малочисленная организация, была вознаграждена морально за свой труд. Однако радость наша была преждевременной. Приёмник вышел из строя. Пришлось Никите Головко привлекать для этого дела радиолюбителя Косенко, который отремонтировал его и стал как бы радистом. Снова сообщения Совинформбюро стали проникать в массы. Источник информации стал более надёжным. С большой осторожностью мы стали вовлекать в работу молодёжь и вскоре организация стала расти.