Тот взял книгу и посмотрел на меня. Где-то в глубине его глаз полыхало отчаяние.
— Я не сумасшедший… Я ничего не знал о книге.
Я обернулась к Джулиану, чувствуя, как во мне закипает злость.
— Может, объяснишь, как ты увязал эту книгу с Хоком, если это издание, действительно, такая редкость?
— Ты сама навела меня на мысль, — пожал плечами он. — Это ты сказала, что кинжалы швейцарских пехотинцев обычно не украшались подобным образом. В книге написано, что после разговора с некой гадалкой в Лиссабоне, открывшей ему, кто его враг, Ястреб заказал надпись на своём кинжале — строку из 22 псалма. Ту самую строку. Я хотел проверить свою догадку и, кажется, не ошибся…
— Ты закончил? — поинтересовалась я.
— Извини, — вздохнул он. — Я не хотел превращать этот разговор в фарс. Так получилось, — он посмотрел на Эдди, Джерри и Джиао. — Я надеюсь, что это всё останется между нами.
— Какая забота о моей репутации… — проговорил Хок. — А теперь мне, наверно, лучше убраться с этой планеты, верно, доктор МакЛарен? Ведь вы совершенно случайно разыграли этот спектакль в присутствии зрителей, среди которых… — он бросил быстрый взгляд на меня, — мисс Бентли.
— Вы полагаете, что я сделал это намеренно? Но ради чего? Страх? Ревность?
— Жестокость, МакЛарен. Только она.
— Так, прекратите! — не выдержал Эдди. — МакЛарен, уймитесь для начала вы! Вам уже удалось испортить нам вечер. И вы, Хок, успокойтесь. Ваши проблемы и фантазии никого здесь не интересуют. Разбирайтесь с ними сами. И не в моём доме.
— Простите, Грандер, — проговорил Джулиан и отошёл. Он остановился у окна.
Хок стоял, опустив голову. Эдди раздражённо передёрнул плечами и посмотрел на меня. Он хотел что-то сказать, но в этот момент раздался знакомый зуммер. В следующую секунду коммуникатор уже был возле его уха. Понятия не имею, где он его прячет и как умудряется так стремительно выхватывать.
— Нет, Парсонс, не сейчас! — неожиданно простонал он. — Ладно, хорошо… я обещаю.
С досадой нажав на кнопку, он выключил связь и измученно взглянул на меня.
— Сегодня не мой день, крошка…
— Что случилось?
— Один старый дурак достаёт меня своими требованиями. Сегодня утром он прислал мне серёжку с бриллиантом и требует, чтоб я её продал. За тридцать тысяч кредов. Столько не стоит даже колье из бриллиантов!
— Смотря какое, — возразил Джерри. — Что за серёжка?
— «Альдерамин», — недовольно буркнул Эдди и в тот же миг Джулиан резко обернулся.
— Вы сказали «Альдерамин»? — взволнованно переспросил он. — Как она выглядит?
— Обычно… — озадаченно произнёс Эдди и полез в карман. Достав небольшой футляр, он открыл его и протянул Джулиану.
Тот буквально выхватил его из рук и поднёс к самым глазам.
— «Альдерамин»… — прошептал он.
— Ну да, — пожал плечами Эдди. — Якобы старинная мужская серёжка, сделанная где-то на Аравийском полуострове, чёрт знает в каком веке, в виде ладони правой руки, которая держит бриллиант величиной в 0,27 карата…
— Я беру её, — проговорил Джулиан.
— Вы что, не в себе сегодня? Сперва кидаетесь книжными раритетами, потом покупаете за бешеные деньги какую-то побрякушку, которой красная цена пара тысяч…
— Её ценность не в материале, из которого она сделана, — пробормотал Джулиан, проводя пальцами по тому, что лежало в футляре.
— Дайте сюда, — Эдди отобрал у него футляр. — Условие продавца: сначала деньги, потом — товар.
Джулиан, не отрываясь, смотрел, как он прячет футляр в карман. Он был слишком встревожен и даже растерян. Я подошла к нему и положила руку ему на плечо. Он вздрогнул и обернулся. Я с тревогой увидела, как его зрачки расширились.