Кивок её головы и тонкие руки, обвивающие его шею и спину ― знак для него.
― Я люблю тебя.
― И я тебя, Влад. ― жадно прильнув к ней, мужчина постепенно входит в девушку, чувствуя, как узкие стенки раздвигаются под его напором и как влага обволакивает его член, но шипение Елизаветы тут же его останавливает на половине. Обеспокоенно метнув глазами, Дракула улавливает лишь то, что ей не особо приятно сейчас.
― Мне прекратить?
― Я… Нет, не прекращай. ― твердо продолжает она, чувствуя жжение в самом чувствительном месте, но нежность Влада её поражает больше. Он боится сделать ей больно, и не смотря на собственную потребность в физической близости с ней, мужчина продолжает заботиться о её чувствах и ощущениях.
Ведь это их особенная, первая и самая прекрасная ночь.
Он останавливается на пару минут внутри узкой промежности, чувствуя сжимающиеся вокруг его органа стенки, приносящие крышесносное удовольствие. Покалывающее ощущение в паху утихает с каждым нежнейшим движением губ супруга, которые неожиданно накрыли её приоткрытый ротик. Сминая припухшие губки и едва ощутимо их покусывая, парень всё же не выдерживает и делает аккуратный толчок, оторвавшись и наблюдая за реакцией девушки. Выпускает тихий стон изо рта, тут же оттянув зубками нижнюю губу.
― Больно?
― Совсем немного… ― ещё одно движение внутри и двоих накрывает с головой волна эйфории, из-за которой закатываются глаза и смыкается пара губ. Окутавший комнату мрак рассеивается перед лунным лучом, который освещает только стол в дальнем углу и кровать с мягкими перинами, на которой удобно расположились двое человек, которые наконец слились в одно целое, соединили их души, сплели их в тугой канат, который теперь то будет не так легко разорвать. Неприятные ощущения не покидают её, но на фоне медленных движений бёдер Дракулы они меркнут, растворяются в ней самой. Приятно пахнущий дуб, запах которого царил здесь за несколько часов до этого ускользнул, сменившись запахом тех феромонов, которые излучают эти двое влюбленных.
Толчок за толчком, мужчине сложно сдерживаться и оставаться таким же нежным, но комфорт любимой важнее, поэтому смятая простынь под его кулаками оказывается порванной в то же мгновение, когда Лале и сама подается навстречу его бёдрам. Ещё и ещё, то медленно и растягивая удовольствие на двоих, то ускоряясь настолько, насколько это позволяет его женщина. Его имя, слетающее стоном с её губ ― одурманивает сильнее, чем алкоголь, сильнее, чем её запах, сводящий с ума. Впиваясь ноготками в сильные плечи мужчины, её пробирает мелкая дрожь: хочется быть ещё ближе, чем сейчас. Оказаться под кожей, стать частью этого человека. Прижимается ближе, чувствует, как напряжено всё его тело. Этот жест вызывает у Влада поток горячей лавы где-то в области сердца, которая растекается по всему телу, доходя до кончиков пальцев и корней волос. Багрового цвета щеки девушки не утихают, пылая и излучая жар.
Стоны становятся более громкими, а толчки ― резче и глубже, шлепки эхом отбиваются от стен, пока покрывшаяся испариной кожа пропитывает влагой постель и пачкает прижатые друг к другу тела. Влад, глухо зарычав, стискивает в крепких объятиях Лале, изливаясь внутрь и чувствуя, как горячее лоно пульсирует и сжимается, а любимая бьется в сладостной агонии. Навалившись на неё сверху, парень устало прикрывает глаза, но вспомнив про немалый вес тут же перекатывается на другую сторону кровати, устраиваясь рядом с удовлетворённой женщиной, которую снова обвивают его сильные и влажные от пота, руки.
― Я никогда тебя не оставлю, любовь моя.
― Ты был так нежен… Непривычно видеть тебя таким открытым. ― хихикает девушка, чмокая в нос возлюбленного, серьезно нахмурившего брови. Он подхватывает её смешок, и коснувшись губами мокрого лба, с которого пришлось убирать налипшие русые прядки, укрывает их двоих той шёлковой тканью, которая оказалась на полу ещё с самого начала, вот только когда именно он уже не помнит. Он чувствует биение её сердца, которое вырывается из груди. Как и его. Они созданы друг для друга.
«Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя — едины.»*
Комментарий к Часть 1
*цитата из романа Э.Бронте “Грозовой перевал”