Из рации, валяющейся в дальнем углу, раздалось шипение, затем слова:
— Хэнк! Хэнк, прием! Где ты, черт тебя побери?!
— Эвелин, быстрее! — голос Блума ворвался в мое сознание, и я медленно поднялась. — Пока не стало слишком поздно!
Ноги меня не слушались, однако с каждой секундой мне всё лучше удавалось их контролировать. Дверь поддалась сразу, и я вывалилась на улицу, на морозный воздух.
Завидев в ночи синий “Фокус”, я неожиданно поняла, что потеряла ключи. В отчаянии закусила губу, чем вызвала новую волну боли. Неплохо меня приложил этот урод!
И тут стало слишком поздно.
— Не двигайся, — во тьме, подобно грому, раздался голос. Я чувствовала, как бледнею, когда увидела направленное мне в лицо дуло пистолета. Он принадлежал лысому накачанному мужчине, одетому в такой же серый костюм, что и Шкаф. И он медленно приближался.
Я попятилась, в ужасе осознав, что убегать мне некуда. Скоро семья Като узнает о моей попытке побега, если еще не узнала. Что они сделают? Будут ли так же милы? Сомневаюсь. Особенно, когда увидят, что я убила мечом одного из их людей. Скорее всего, запрут меня в подвале и пытками, или измором, заставят принять их условия.
Тогда уж лучше поймать пулю!
Я выдавила из себя лучшую улыбку, на которую только была способна.
— Простите, сэр, но меня ждет дома любимый кот. Он и часа без меня не может прожить.
Заканчивая говорить, я мысленно призывала силу. Но охранник был готов. Увидев свет, расходящийся от моей ладони, он выстрелил.
Пуля впечаталась в щит, подобный тому, что помог мне оглушить Нейтана. И срикошетила. Лысый нецензурно выругался. Но, либо я еще не до конца вернула себе контроль над телом, либо щит вышел слишком слабым, я опрокинулась на спину.
Щелкнул затвор пистолета.
Я посильнее вцепилась в меч, казавшийся теперь единственным спасением. Но кто будет быстрее? Охранник, спустивший курок? Или я, нанесшая удар? Ответ был очевиден, и всё же я не могла позволить всему вот так закончиться.
Быстрее тени передо мной промелькнул чей-то силуэт. В темно-синем костюме.
Акио ударил охранника под дых. Второй удар юноши пришелся по массивной челюсти. Тот, от неожиданности и молниеносности ударов, выронил пистолет и упал на четвереньки. Для надежности, парень пару раз прошелся ногой по его ребрам.
— Быстрее! — Акио схватил меня за руку и потащил за собой, к серебристой машине, припаркованной неподалёку. Позади нас уже слышались голоса, топот, и крики людей. Не смея оглядываться, я запрыгнула на переднее сидение, крепче прижимая к себе меч окровавленными руками.
Мотор взревел, и мы помчались прочь от дома, наполненного беспомощной яростью.
Серебристый “Додж” спортивной модели набирал скорость, подобно реактивному самолету. Парень нажал на кнопку пульта, и массивные ворота перед нами раздвинулись. Отовсюду повыскакивали люди в костюмах, но остановить резвый спорткар у них не было ни шанса.
Я слышала, как в груди мечется моё сердце. Стараясь успокоиться, я взглянула на юношу. Наши глаза встретились, но он быстро отвел взгляд и сосредоточился на дороге. Откуда-то из-под сидения по моей ноге заскользили незримые тени, и я обессиленно откинулась на спинку кресла.
— Ты даже сбежать нормально не можешь?! — зло выплюнул Акио, стискивая руль еще сильнее. — Вот так подарочек свалился на мою голову…
Глава 8
Четверть часа пронеслись как один миг. Ночная мгла пронизывалась ярким светом фар, а мы ехали всё дальше по темной дороге, удаляясь от пугающего особняка.
Акио обеспокоенно барабанил пальцами по рулю, то и дело поглядывая в зеркала заднего вида. Похоже, опасался погони. Но дорога была ровная, а его резвый серебристый “Додж” набрал очень приличную скорость.
Луна, поднявшаяся над безмолвными деревьями, удлиняла их тени и отбрасывала монохромное сияние на дорогу.
Я сидела в постоянном напряжении, скручивающем мышцы и связки. Взгляд подолгу задерживался на окровавленных руках, а в один момент я даже не заметила, как начала судорожно вытирать их о молочного цвета гипюр. Ткань окрасилась в красный, но мои ладони и сердце чище от этого не стали.
Чувствуя мою внутреннюю боль, Акио тихо произнес:
— Он был плохим человеком.
— Кто?