Рот у меня невольно приоткрылся. Такой взрыв эмоций от холодного напыщенного придурка показался мне странным. Но весь его вид сейчас выражал протест. Карие глаза стреляли молниями в сидящих за столом, челюсти плотно сжаты, а рука вот вот раздавит бокал с вином. Да что это с ним?
Через минуту все успокоились, и я задала свой главный вопрос:
— А что вы знаете о “Когте Демона”?
Ответила мне миссис Като, предварительно смочив горло глотком воды.
— Мы — слуги Демона. А “Когти” — воплощенная сила нашего Владыки. Их пять, и каждый принадлежит своей Верховной Семье. А те, кто по праву владеет “Когтем” — опора Демона в мире живых. Столп, на котором стоит всё мирозданье. И если “Когтем” владеет сильная, независимая и древняя семья, которой по плечу эта ноша, то воля Демона укрепляется по всему миру. А своих верных вассалов Верховный в обиду не дает, поощряя, награждая их за труды праведные.
Губы женщины изогнулись в очередной, сладкой, как мед, улыбке. Тщеславие так и сочилось из уст Шайори, лишь для приличия прикрываясь заботой о семье и их треклятом Демоне.
— Ну, так уж случилось, что мне позарез нужен Коготь. Скажете, где я могу его найти?
Я выпалила это быстро и без запинки, оценивая их реакцию.
— Конечно, — заявил Кенджи, вытирая рот салфеткой. — Мы знаем где он, и для близких нам людей у семьи нет секретов. Зачем он тебе?
Выходит, Эмори не рассказала им о моих планах. Но она всегда может сделать это, поэтому я просто ответила:
— Хочу убить парочку вампиров. А заодно и тех, кто им дорог.
Произнести эти слова было на удивление просто. Получается, я уже полностью свыклась с мыслью, что быть мне убийце. Но ничего иного Нейт и Марк не заслужили. Сердце сковал привычный холод. Обратной дороги нет. Всё ради Криса.
Шайори растянулась в довольной улыбке и ласково произнесла, откладывая вилку в сторону:
— Похоже, они этого заслужили. Но, милая, есть ли смысл с этим разбираться самой? Мы хотим помочь.
— Почему?
Мне ответила Эмори, предварительно прожевав кусочек запечённого лосося.
— Ты уникальна. Похоже, ты и сама этого не осознаешь. Но мы то знаем, как не просто быть особенной в этом враждебном мире. Наша семья с удовольствием поможет тебе. Мы можем научить тебя управлять силой, поделиться толикой своего могущества. Более того, ты можешь стать частью семьи. Больше не нужно бояться и скрываться, мы дадим тебе всё, что только пожелаешь, если ты останешься. Защиту, возмездие, любящую семью!
Акио хранил молчание, а Кенджи медленно, но уверено произнес:
— Твои враги — наши враги. Семья священна.
— Ты больше не будешь одна, и не нужно справляться со всем в одиночку, — вкрадчивый тон Шайори должен был прозвучать успокаивающе. — Да и разумно ли это? Одно твое слово, и эти вампиры не жильцы. Они отправятся на суд к Верховному быстрее, чем успеют показать зубы. Мы умеем добиваться своего.
Я почувствовала, как переменилась в лице. Последние слова, сказанные Шайори, казались чертовски двусмысленными. Быстрее бы вернулись тени! Мне очень и очень не нравилось то, что я сейчас услышала. Стараясь не подавать виду, что обеспокоена, я медленно прожевывала кусочек козьего сыра, запивая его минеральной водой.
Семья Като предлагала мне удивительные вещи: вернуть утерянную семью, оградить от преследования Поисковиков, отомстить врагам. Любая бы на моём месте ухватилась за этот шанс обеими руками и держалась бы так крепко, как только может. Но не я. Может я и ослеплена злостью и горем, но я не марионетка.
Голоса за столом стихли и все в безмолвии ждали моего ответа. Лишь бабка Ситу чавкала, уминая бифштекс, и делала вид, будто этот разговор ее вообще не интересует.
— Так где Коготь? — нарушила я молчание. — Он у вас, ведь так?
В конце концов, именно за этим я сюда пришла. И ответ я получила. Не словами, нет. Достаточно было лишь внимательного взгляда на их лица. Задавая этот вопрос, я не подозревала, как скоро узнаю правду. Первая в лице изменилась Эмори. Девушка чуть побледнела и закусила нижнюю губу. Кенджи старался быть невозмутимым, но я успела заметить, как на долю мгновения он застыл. Шайори деланно улыбнулась, а Ситу перестала чавкать и прислушалась.
Тишиной, повисшей в обеденном зале, можно было забивать гвозди. Она была тяжелой и гнетущей.
В шоколадных глазах Акио, сидевшего напротив меня, пробежало торжество. Сначала я не поняла, почему, но вспомнив его слова, несколько секунд смотрела на парня. А он не сводил внимательного взгляда с меня.
“Иногда то, чего мы жаждем, ближе, чем нам кажется.”
Тогда мне это показалось болтовнёй напыщенного засранца. Но сейчас… Он знал, зачем я пришла, и пытался дать мне подсказку. Значит ли это, что он не разделяет взгляды своей семьи?
Когда я совладала с руками и мыслями, в обеденном зале раздался звонок телефона. Ситу многозначительно взглянула на Кенджи, и он быстро вышел из-за стола. Надеюсь, тени проследуют за ним.