– Кое-что заменим, – Хатори вставлял новые элементы внутрь автоматона, заменил гидравлические суставы на конечностях, сделав их более мощными и длинными. Точно превращал котика в реального львенка.
Работал механик быстро, периодически прося своих гостей что-то придержать, либо подать. Когда морщинистый старец вытер со лба пот, Лев превратился в совершенно иное воплощение кошачьей грации, но всё также неподвижно лежал на столе, а камень янтарного цвета остался вне своего прежнего обладателя.
– Ну и? – Артизан взмахнул рукой.
– Что «И»? – Возмутился Хатори.
– Когда это чудо заговорит, а главное, почему эта штуковина, – профессор указал на деталь из потайного отделения, – до сих пор не внутри? Лишний «винтик»?
Астроном молчаливо следил за напряжением, растущим в мастерской.
– Припой должен остыть, масло достичь оптимальной консистенции. Этому механическому чуду нужен отдых, если можно так выразиться. А вот деталей лишних не бывает! – Хатори пригрозил Артизану пальцем. – Но, вырванные страницы в дневнике Сато не дали мне понять, зачем это нужно и как функционирует.
Иошито вступил в беседу:
– Мы с другом рассчитывали, что где-то в этом беспорядке могут найтись недостающие элементы дневника.
– Беспорядке? – возмущению Хатори не было предела. – Я прекрасно знаю, где лежит каждая маслёнка и ржавый гвоздь! Когда мастерская перешла в моё владение после похорон Сато, я навел здесь собственный порядок! Никаких страниц здесь нет.
– Где же они могут быть? Он их уничтожил?
– Сомневаюсь. Мой покойный друг никогда бы не лишил мир собственных мыслей. Но в мастерской их нет.
– Университет, – предположил Артизан. – На кафедре, где работал Сато до скандального увольнения, наверняка мог остаться его тайник.
Иошито эта догадка показалась верной. Но что дальше? «Тайник». Как им отыскать то, что стремился спрятать ото всех изобретательнейший конструктор автоматонов?
– Нужно действовать. Не переставать копать, – вдохновил профессор Акио.
И в самом деле. На кону жизнь дочери. Можно весь эбонхэбэнский храм знаний перевернуть, если потребуется.
– Тогда пусть Лев отдохнет. А мы с Артизаном найдем ключ к янтарной загадке, – Иошито переглянулся с другом, встретив одобрительный кивок.
Эпизод 6: Не трогайте моего пса!
На территории кампусов, через которые вела дорога к центральному зданию университета, толпились студенты. Две группы, две толпы, ревущие, готовые порвать друг друга.
– Неужели это то о чём я думаю, – Иошито оглянулся на шокированного Артизана. – Столкновение технократов и «зелёных»? Я думал, что между ними уже нет вражды, когда Блоссом и Раст на своих прениях пришли к компромиссу.
– Узнаешь кого-нибудь из своих студентов?
Астроном вгляделся в толпы, разделённые узкой дорожкой:
– Эти поганцы издеваются!
– Объяснись.
Вместо этого профессор Акио быстро зашагал вперед, срываясь на бег. Иошито оставалось лишь наблюдать. Его друг бросился в гущу событий, став на линии, разделяющей противников и расставив в стороны руки. Астроном предположил, что Артизан может словить немало плевков, а может чего и хуже, но нет.
– Тишина, мать вас! – Мотидзуки вздрогнул от такого раската грома. Будто пёс, сорвавшийся с цепи, его друг громко рявкнул на желторотых юнцов, возомнивших себя солдатами. – Блоссом и Раст, выйти вперёд!
Из двух групп студентов к профессору вышли парень с одной стороны и девушка с другой. Артизан свирепым рыком некормленого пса продолжил свою речь:
– Ваших цыплячьих ртов дело?
Пристыженные студенты опустили глаза. Профессор Акио схватил их за запястья, отчего Иошито едва сдержался от порыва остановить друга, но спустя мгновения понял, что Артизан знает своё дело.
– Эта демонстрация должна окончиться в ближайшие минуты. Я в отпуске, но могу вернуться сюда вновь в любой момент. Признаюсь, что мне доставит большое удовольствие исполнить волю ректора и позволить деканам исключить возмутителей спокойствия из университета. Ему известно о ваших играх в конфронтацию. Особенно это касается тебя, Блоссом. Студентка факультета дирижаблестроения и выступаешь против прогресса. Уму непостижимо. Если всем всё понятно, то разводите своих цыпляток по домам к мамкам-наседкам, или в ваши кампусы-курятники, кому где будет лучше.