– Даже если это мы оба?
Торп колебался.
– Что ты имеешь в виду?
– Вероятно, ей понадобимся мы оба, чтобы защитить ее от тех, кто ее ищет, – начал Шон. – Я думаю, можно с уверенностью предположить, что, если они убили ее семью и стреляли в нее, они также хотят ее смерти. Чем больше людей прикрывает ей спину, тем в большей безопасности она будет.
– Согласен.
– И ты знаешь, какой скрытной она всегда была – и не без причины. Но если мы собираемся раскрыть ее, чтобы она рассказала нам о своем прошлом, нам придется заслужить ее доверие. Мне понадобится твоя твердая рука.
Торп сел и вгляделся в него сквозь темноту.
– В смысле?
– После того как несколько месяцев я рассказывал ей свою легенду, ее доверие ко мне сейчас в лучшем случае шаткое. Мы не можем дожидаться, когда вырастим его снова, прежде чем узнаем, что ей известно. Нам эта информация нужна сейчас.
Торп не ответил, но Шон видел, как в голове у этого человека все перевернулось.
– Ты знаешь, что я прав.
– Да.
Торп сглотнул.
– Так же, как ты знаешь, к чему я клоню, чувак. У этой женщины никогда не было того, что ей нужно. Когда она была маленькой, ей нужна была мать, но та умерла от рака. Будучи подростком, она нуждалась в поддержке семьи, но отец был слишком далек, в то время как сестра, вероятно, ударила ее ножом в спину. Ей нужно было закончить расти в безопасной среде… и ты знаешь, как это происходит. Теперь Калли нуждается в нас не только для защиты. Ей нужно, чтобы мы, наконец, сделали ее цельной.
– Господи…
Торп выдохнул и провел рукой по волосам.
Шон продолжал настаивать.
– Ты сам сказал, что мне не хватает знаний, чтобы должным образом направлять ее. Но не тебе. Тебе она доверяет. А ещё она тебя любит.
Торп сначала не сказал ни слова, просто протянул руку за бутылкой. Шон передал ту обратно, наблюдая, как другой мужчина глотает текилу, без сомнения, прокручивая в голове возможности.
– Я бы спросил, серьезно ли ты, черт возьми, но ты, очевидно, серьезно. – Он покачал головой с растрепанными волосами. – Я не рекомендую приглашать меня в свой огород, Маккензи. Я ей не подхожу.
Это утверждение было нелепым. Он и Калли идеально подходили друг другу.
– Прямо сейчас я просто пытаюсь сохранить ей жизнь, – уклонился Шон. – Если ты хочешь пойти своей дорогой, как только опасность минует, я помогу тебе найти дверь.
У него были смешанные чувства по поводу этого предложения. Торп, бросив Калли, раздавил бы ее. Но если это случится, ему придется найти какой-нибудь способ помочь ей справиться. Как бы то ни было, это была еще одна проблема нового дня. Теперь у него было что обдумать. Он просто должен верить, что как только Торп приблизится к ней, он не сможет уйти.
– Но я хочу, чтобы ты подумал об этом. Единственное место, где ваша разница в возрасте что-то значит, – это твоя голова. И ты беспокоишься о том, чтобы дать ей достаточно нежности? Это чушь собачья.
Даже если бы это было не так, Шон был бы счастлив подарить Калли много любви. В конце концов, если он не сможет ей что-то дать, Торп вполне может вытеснить его из ее сердца. Или, может быть, это говорил его собственный страх, потому что потом он закрыл глаза и вспомнил ее дрожащую капитуляцию, ее крики о том, что она любит его. Возможно, для Калли изначально он был в качестве замены тем потребностям, которые Торп не удовлетворял, но их отношения переросли в нечто гораздо более глубокое, чем он мог себе представить, когда она была просто именем в папке с файлами и фотографией симпатичной девушки.
– Переходи к делу и скажи мне, что хочешь сказать, – нетерпеливо проговорил Торп. – Объясни по буквам. Я не хочу, чтобы между нами было недопонимание.
– Мы разделяем ее на сто процентов – по крайней мере, до тех пор, пока она в опасности. Все, что мы делаем для нее, мы делаем вместе. Но ты не можешь делать это наполовину. Ты должен отдать ей все, что у тебя есть.
Торп замер.
– Так… ты хочешь, чтобы я наказывал ее?
– Когда ей это нужно, да.