– Я здесь не единственный, кто бросается словами.
– Я мог бы солгать, милая, но я не накачивал тебя наркотиками, – мрачно напомнил Шон.
– Никто из нас не раздевался перед комнатой, полной отбросов. И это была твоя третья смена за два дня?
Торп устрашающе приподнял бровь, глядя на нее.
В ее животе зазвучал гонг дурного предчувствия. Черт, они делали свою работу. Иногда она выходила из себя и забывала важные детали... Например, быть во власти двух разозленных Домов. Конечно, Торп, скорее всего, не стал бы ее наказывать. На самом деле, он, вероятно, никогда больше не прикоснется к ней. Но он наверняка дал бы Шону много дерьмовых идей о том, как сделать это эффективно.
– Я не была в восторге. Я зарабатывала деньги.
– Уехав из города, верно?
Вопрос Торпа был острым, как лезвие.
– Это то, что я делаю.
– Заодно сведя нас с ума, – прорычал Шон.
– Это не должно было быть личным оскорблением! – настаивала она.
– Итак, мы должны были пожать плечами, что ты ушла, и продолжать жить своей жизнью. Ты знаешь, как мы волновались? – спросил ее бывший босс.
– Боже мой, вы оба говорите, как чересчур заботливые курицы.
Калли приготовилась к взрыву Торпа. Вместо этого он сделал глубокий вдох, раздув ноздри, затем с напряженным профилем и жестко контролируемым телом направил свой взгляд на переднее сиденье.
– Шон, урезонить ее не получится.
– Согласен. Не продолжай. Мне нужно сосредоточиться на дороге, но с меня более чем достаточно.
– Отлично. Как насчет наручников?
Он вздохнул.
– Сомневаюсь, что что-то меньшее будет замечено.
– Не могу не согласиться. Там обязательно будет шумно.
Шон слабо улыбнулся.
– Я буду наслаждаться этим.
Он взглянул на нее в зеркало заднего виду, и в то же время Торп посмотрел на нее с пугающей улыбкой. Калли чувствовала себя актрисой, которая забыла свою роль, попав в центр внимания.
– Извинись, зверушка.
Это не было предложением. Но она не собиралась извиняться за то, что сделала то, что считала необходимым.
– Мне жаль, если то, что я сделала, расстроило тебя.
– И?
Торп крепче сжал ее руку.
– Мне жаль, если я неправильно истолковала твои действия.
– Что-нибудь еще?