— Не стреляйте! Я без оружия!
Переговорщик сделал шаг вперед.
— Меня зовут Раймон Фальтер! — сказал он. — Я капитан разведывательной службы Вооруженных сил Европы!
Вот так новость! Андрей обнаружил, что он и остальные рекруты растерянно переглядываются. Каким ветром в мятежные фавелы занесло офицера из разведки европейцев? Это не просто вмешательство во внутренние дела Синей корпорации, а сродни объявлению войны.
— Чего таращитесь друг на друга? — зарычал Шелли. — Смотреть в оба на свой сектор! Смотреть перед собой, ублюдки!
Морпехи-рекруты уставились на противника. Ливадов смотрел на совершенно невозмутимого разведчика Белой корпорации. Неспроста он здесь, ох, неспроста.
— Может, его того… — спросил Дюбува, — грохнуть?
Комендор-сержант обратился к второму лейтенанту громким шепотом. Очень громким шепотом — чтобы чужак все слышал. Однако у европейца снова не дрогнул ни один мускул на лице.
— Я пришел с предложением, — крикнул он, — от которого в вашем положении разумный человек не откажется! Даже американец!
Над парковкой на несколько секунд повисло безмолвие. Было настолько тихо, что все отчетливо услышали негромкое вроде бы бормотание второго лейтенанта.
— Грохнуть? Так вы предложили, комендор-сержант? Хм. Грохнуть…
Лязгнула сталь передернутого затвора.
Рекрут Майк Боббс, по прозвищу Упырь, стоял на ногах, а ствол его штурмовой винтовки почти касался шлема второго лейтенанта Ричарда Шелли.
— А если выслушаем предложение европейца? — Боббс смотрел на своего офицера с неприкрытой ненавистью. — Что думаешь насчет того, чтобы выслушать? А, ублюдок?
Глава 28
Посадка
Огненный шар, в который превратился большой десантный корабль, ударил по «Новику», и через миг в крейсер мятежников врезался второй БДК, преодолевший заградительный огонь корабля террористов.
Первая батальонная платформа протаранила корму «Новика», вторая ударила в левый борт ближе к главной палубе. Большой корабль десантников стал гигантским снарядом — если он пробьет обшивку и внешние технические отсеки, то буквально в считаные секунды убьет на борту «Новика» гораздо больше человек, чем первый врезавшийся в корму БДК. Однако таран в корму гораздо опасней. В ней расположен реактор главной силовой установки, и вывод реактора из стабильного состояния сделает из крейсера мятежников крохотную звезду — на одно мгновение, но его хватит, дабы отправить «Новик» в вечность.
Кажется, получилось! Женька невольно зажмурилась и отвернулась, чтобы не смотреть на вспышку света, поглотившую место первого тарана. Нет сил, они истрачены, когда следила за погибающими БДК, а теперь перед глазами обреченный линейный крейсер «Новик».
— Черт! — прохрипел Бастрюков. — Все зря!
Женька распахнула глаза, часто-часто заморгала и уставилась на инфопроекцию, показывавшую «Новик». Крейсер поврежден, но не уничтожен: с двумя чернеющими пробоинами на обшивке и погасшими соплами двигателей по левому борту.
Бой прекратился. Перед поврежденным, но все еще очень опасным линейным крейсером замерли корабли десантной флотилии. Неужели Бастрюков прав и все действительно было зря? Самоубийственная атака батальонных платформ и множество погибших на других кораблях — это пустое? «Новик» не погиб и по-прежнему способен уничтожить потрепанную флотилию десантного полка.
— Врагу не сдается наш гор…
Бастрюков все-таки гаденыш. Женька перебила его на полуслове, заткнув неуместную шутку.
— Замолкни!
— Сама дура… — прошипел этот урод.
Женька не ответила, не до Бастрюкова сейчас — заткнулся и ладно, а начинать перепалку она не собиралась. Гаденыш не имеет никакого значения! Он просто ноль! А она вздрагивает при мысли, что подошедшие вплотную к «Новику» корабли десантной флотилии не имеют шансов благополучно уйти. При отходе линейный крейсер гарантированно всех уничтожит.
Проскочить через огонь зенитных систем и взять на абордаж, когда все внимание противника сосредоточится на них, тоже не получится: заградительный огонь минуют лишь несколько кораблей-счастливчиков и потому штурм провалится. Остается лишь маневр в непосредственной близости от «Новика» и продолжение дистанционного боя с целью нанести мятежникам ощутимый ущерб — задача реальная, но погибнут все или почти все.
В конечном итоге от «Новика» сумеют уйти только несколько бортов, которым невероятно повезет. Но МДК второй роты учебного батальона и десантный корабль разведроты уже уменьшили общий лимит на везение. Все плохо! Правильно говорил майор Моров! Все плохо! Всегда! Везде! Особенно сейчас! Женька почти возненавидела себя. Они спаслись, но остальные обречены на смерть!
Но почему? Черт возьми! Почему бой остановлен?
Инфоокна с трансляцией космического сражения уменьшились в размере и опустились к полу кубрика, а над ними появилась новая большая проекция.