Новая подгонка экосистемы под конкретного бойца не показалась трудной. Женька легко запомнила несложную последовательность действий на выведенной визором панели настроек, что управлялась только взглядом. Почти сразу Ливадова перестала чувствовать себя некомфортно внутри бронированного скафандра, ей больше не жарко, и пота тоже нет.
После короткого отдыха приступили ко второй части тренировки. Каким образом куб-тренажер имитирует полет? Старший сержант объяснила это неизвестными для Женьки полями. Пименова привела сложные термины; наверное, они должны были что-то объяснить, но Ливадова лишь смотрела широко раскрытыми глазами на командира «летунов» через стеклянную перегородку — и висела в воздухе.
По словам старшего сержанта, двигатель под крыльями скафандра вырабатывает реактивную тягу, которая толкает ефрейтора вперед, а поля удерживают в метре над полом. Эти же поля позволят провести имитацию различных движений и маневров в состоянии полета, отработать действия в свободном падении при отказе двигателя, а еще прочувствовать на себе перегрузки.
Перегрузки были, и все остальное тоже было, в том числе страх. Он почти исчез, когда Евгения в десятый или двадцатый раз повторила, что в действительности она не летит, а зависла внутри тренажера в метре над полом. Всего-то нужно было сказать себе, что это имитация… но какая же она правдоподобная!
Справиться с экзосистемой в полете было непросто. Но в те минуты, когда Пименова полностью переключала управление на ефрейтора, та не оплошала.
— Полный курс воздушного пилотирования экзосистемой составляет пять месяцев. Первое занятие всегда начинается с практики, — сообщила старший сержант, когда Евгения покинула тренажер.
Учебный комплекс экзоброни остался внутри куба.
— Теория — с завтрашнего дня.
Пименова отпустила ефрейтора за десять минут до ужина. Когда Ливадова добралась до палаточного лагеря учебного батальона и столовой, первый и второй взвод уже доедали. Докладывать о причинах опоздания пришлось необыкновенно мрачному майору Морову. Сегодня он был дежурным по роте.
Ливадова не на шутку испугалась за опоздание на ужин, в котором не было ее вины. Слишком уж не в духе был майор. Чернее тучи и гораздо мрачнее самого себя в обычное время. Но он только сказал, чтобы поторопилась с ужином. Мысли Морова занимала вовсе не прибывшая из разведроты ефрейтор.
Причина мрачного настроения Мора была в ином. На вечернем построении командир второй роты донес до личного состава главную новость.
— Нападение террористов было цветочками. А вот вам ягодки! Наш полк в полном составе передислоцируется на Марс.
Глава 19
Оцепление
Старик и старуха шли прямо на Ливадова. Через несколько секунд он будет обязан открыть огонь на поражение. Тактическая система обвела фигуру мужчины подсвеченным контуром, он на прицеле универсальной штурмовой винтовки «125CN». Крупный калибр нанесет не защищенному броней телу такие раны, что их с лихвой хватит и в случае, если пули вдруг не прикончат старика в одно мгновение.
— Куда ж вы претесь… — пробормотал Андрей.
Он еще раз замахал рукой, указывая на перекресток с полицейскими, даже крикнул:
— Туда!
Но разве его услышат, когда опущенный визор полностью закрывает лицо? Нет, если только не в двух шагах; и старик тоже не услышал. Он сделал еще один шаг в морпеху, и все так же упорно тянул за собой пожилую женщину. Дурак седобородый! Ливадов переключил переводчик огня на автоматический режим.
Как только старик шагнул на проезжую часть, Андрей выпустил короткую очередь. Пули выбили сноп искр в асфальте в двух шагах от пожилой пары. Старик дернулся, вскинул руки и упал на пятую точку.
Ливадов выругался. Нет, старика он не задел. Если того и ранило, то отрикошетившей от дорожного покрытия пулей. Старик поднялся. Андрей сфокусировал на нем взгляд. Тактическая система мгновенно отреагировала на движение глаз, выведя перед Ливадовым увеличенное изображение насмерть перепуганного деда.
Жив и вроде бы не ранен. Женщина пыталась помочь, но сил не хватало, чтобы поднять рассевшегося на тротуаре мужа.
— Рекрут Ливадов! — Динамик ожил разгневанным голосом комендор-сержанта Дюбува.
— Рекрут Ливадов, сэр!
— Что происходит? Доложить!
Доложить? Временный командир первого отделения учебного взвода ничего не видел? Разве индивидуальные тактические системы их отделения не сведены в общее звено управления? Конечно, сведены, и Француз, разумеется, наблюдал за случившимся в режиме реального времени. Но без устного доклада никак нельзя, даже в двадцать третьем веке.
— Рекрут Ливадов! Ты оглох? — зарычал Дюбува.
— Никак нет! Сэр! Рекрут Ливадов не оглох!
— Докладывай!
— Докладываю! На мою позицию вышли два гражданских. Шли прямо на меня. Я подал сигнал рукой, чтобы направлялись к полиции, но он был проигнорирован. — Андрей говорил сухим протокольным языком.
Плохо ему будет. Пожалел двух дураков, и теперь влетит от начальства.