Владимир Воронцов вышел из-за стола, чтобы направиться к выходу из помещения.
— Надеюсь, у вас все, ефрейтор? Я должен идти. А у вас ровно полчаса на принятие решения.
— Нет, не все! — Женька вскочила, готовая броситься за Воронцовым и схватить его за руку, лишь бы не ушел. У нее еще один вопрос. Очень важный вопрос!
Майор замер в шаге от двери.
— Что еще, Ливадова? — оборачиваясь, спросил он. Голос Воронцова был предельно холоден, но глаза снова выдали его. Не выдержав взгляда девушки, Владимир спасовал, отвел взор. Внутри него что-то подсказало, что сейчас услышит вопрос, на которой не захочет отвечать, и не потому, что имеются причины для молчания, а из-за того, что нет ответа.
— Мой брат… Если я… Я могу…
Женька была готова предложить многое и прежде всего себя, но Воронцов помешал назвать цену. Он заговорил — и его голос изменился, лицо потеряло каменную маску, взор заметался. Воронцов явно ощущал себя не в своей тарелке.
— Андрей Константинович Ливадов?
— Да! Это он!
Воронцов назвал имя брата, отчего сердце девушки забилось часто-часто. Нужна хотя бы надежда! Пусть маленькая, но надежда.
— Его искали. Я приказал найти его.
— Когда? — пискнула Женька.
— Полтора месяца назад. Когда ты подписала контракт.
Женька вздрогнула. Майор Воронцов перешел на «ты». Почти вплотную подступил и смотрит сверху вниз, а она испуганно моргает глазами. Ливадова не боялась президентского сынка: то, что могло бы произойти, уже было, да не раз; и она готова снова заплатить ту же цену. Но страшно узнать плохую новость об Андрее.
— По моему распоряжению на место, где вас взяли, вылетал корабль.
— И?.. — Женька по-прежнему смотрела прямо в глаза Воронцову.
— Ничего. Он или его тело — не найдены. Следы ведут несколько километров, потом теряются.
Андрея не нашли… Та самая плохая новость, которую было страшно узнать.
— Я обратился к Мартынову, чтобы он помог с генетическим материалом.
В горле Ливадовой стоял ком, но она почувствовала, что не расплачется. Слез нет. Только в мыслях повторяется одно и то же — Андрея не нашли, но не найдено и его тело. Андрея не нашли, но… Стоп! О каком генетическом материале говорит Воронцов?..
— Вы родные брат и сестра, от одного отца и одной матери. Верно ведь?
Ливадова кивнула. Слез нет, рыдание не рвется наружу. Но и сил, чтоб ответить, тоже нет.
— Такой степени родства достаточно, чтобы получить материал для розыска человека.
Воронцов вздохнул, и Женьке показалось, что он не был сейчас неискренним.
— В базах данных, которыми оперирует наша корпорация, нет сведений о твоем брате. Мне жаль, но он исчез в Диких землях, и, скорее всего, навсегда.
Владимир коснулся девушки. Сам не заметил, как положил ладонь на ее плечо.
— Не нужно меня жалеть. — Тон Ливадовой ожесточился, она скинула руку Воронцова. — Андрей жив!
— Возможно, — примирительно произнес Владимир. Ладонь, которой только что касался девушки, жгло огнем. — Теперь он числится в списке особо опасных преступников.
— Что?.. — Ливадова отпрянула от майора. Она побледнела и глядела на него широко раскрытыми глазами. Даже перестала дышать от возмущения. — В списке самых опасных преступников?
— Так надо. — Воронцов смог вернуть самообладание, он вновь был невозмутим. — Это база по людям, которые разыскиваются системой в постоянном режиме. Если он когда-нибудь окажется в зоне внимания Красной корпорации, я узнаю об этом.