— Выбрать в качестве цели ближайший столб с фонарем освещения в стороне от взводных палаток, — приказал дежурный по роте. — Оружие изготовить к стрельбе из положения стоя! Переводчик огня на предохранителе!
Не задумываясь, действуя на автомате, рядовой Ливадова выполнила приказ. Вскинув двести тридцать третий, навела его на ближайший столб освещения и прицелилась, чтобы пуля угодила точно в середину бетонного сооружения.
— Ой, — пискнула Женька.
Визор снова ожил. Схема учебного лагеря опустилась куда-то вниз, она едва угадывалась краем зрения. На столб, на который Ливадова направила АК-233, спроецировались линии для отображения контуров цели. Одновременно рядом с прицелом появилось его мерцающее схематическое отображение.
— Все навели автоматы на ближайший столб освещения? Цель, то есть в данном случае столб, должен быть захвачен системой прицеливания. В этом случае должен появиться его контур. Постам доложить о захвате цели!
Снова перекличка в динамике шлема.
— Шестой пост! Цель захвачена! — отрапортовала Женька.
— Второй этап после захвата цели!
Дежурный по роте говорил как по писаному. Будто читал учебник, без которых не проходило ни одно теоретическое занятие. Обычные учебники, вместо бумаги — износостойкие страницы из гибкого пластика. Эти учебники напоминали Женьке толстые тетради формата А4 из ее времени. В палатке, где проходили теоретические занятия, вдоль стен стояли стеллажи со стопками учебников, тетрадей и принадлежностей для письма. Вдоль левой стены — стеллаж первого взвода, вдоль правой — второго. Между ними три ряда столов и по два стула за каждым. По центру стол преподавателя, далее у брезентовой стены интерактивная доска. Как в школе, за что палатку и называли «школой».
— На втором этапе нужно сместить мигающий контур прицела с прицелом на вашем АК-233. Мерцание означает, что ручное прицеливание произведено неточно. — В динамике шлема послышалась усмешка Кускова. — Конечно, промазать по столбу в десятке метров от вас — это надо умудриться, но система ориентируются точно по центру мишени. Поэтому обычно она выводит мерцающий контур прицела. Доложить, у кого не мигает!
Все посты промолчали.
— Свести контур прицела с прицелом на АК-233. — Насмешка в голосе дежурного по роте исчезла, его голос приобрел командные нотки. — Удерживать мушку в середине прорези прицела, не поднимать выше прицела. Ориентируйтесь по спроецированному контуру прицела. Постам доложить о прицеливании!
— Пост шесть. Прицеливание выполнила. — Женька сообщила о выполнении первая. Оранжевый, чуть светящийся контур перестал мигать и лег точно по прицелу крупнокалиберного автомата. Мушка тоже точно по центру прорези прицела.
— Рядовой Ливадова — молодец!
Старший сержант указывал на другие цели, и после пятой или шестой Евгения наловчилась быстро захватывать цель, сводя прицел автомата с проекцией прицела, которую на визор выводила тактическая система шлема.
— Достаточно! Оружие на ремень! — через динамик приказал старший сержант Кусков. — Продолжаем наблюдение за обстановкой! Визор не поднимать!
Пост номер шесть снова остался в одиночестве. Ливадова повела плечами под бронежилетом и разгрузкой. Зябко становится, потянуло холодком. Визор показывает один час двадцать две минуты. Почти час занимались, и теперь постовые смогут точно поражать цель. Но к чему срочность?
Женька вслушивалась в тишину и глядела по сторонам. С системой ночного видения темнота просматривается далеко. Вроде все нормально, спокойно. Дурацкие мысли, что остальных вырезали, а она осталась одна, больше не должны пугать. Схематичное отображение лагеря и шести постов оставалось снизу на границе зрения, и стоило опустить на него взор, как схема разворачивалась перед глазами рядового Ливадовой на посту номер шесть. Остальные дневальные тоже на своих постах, все шесть точек горят ровными зелеными огоньками.
Если смотреть несколько секунд в одном направлении и не дергать головой, то тактическая система начинает отображать светящимися линиями контуры объектов, что скрыты темнотой. Визор работает четко, как рассказывали в «школе».
Дежурный по роте вышел на связь в следующий раз в два часа одиннадцать минут.
— Учебно-боевая обстановка изменяется на боевую!
В голосе Кускова прозвучало железо. Или это динамик дает искажения? Женька вдруг почувствовала, как взмокла спина. Боевая обстановка?..
— Ночное освещение в учебном лагере и в расположении полка сводится к минимуму!
Почти полное отключение освещения через визор выглядело как смыкание вокруг Женьки кольца ночной тьмы. Она хорошо видит территорию в радиусе ста метров от себя, а дальше чернота. Только впереди кое-где над лагерем низко висят несколько искусственных лун — редкие фонари, что в нескольких точках остались включенными. Военный городок также почти полностью погрузился в темноту.
Ливанова вздрогнула. Что это за обстановка такая, с выключением света?
— Третий, четвертый, пятый, шестой пост! Снять термоковрики и отойти на пятьдесят шагов по указателю!
Под грибком висел обычный, по Женькиному мнению, туристический коврик, на каком можно сидеть или лежать на голой земле. Камуфлированный, свернутый в рулон, концы которого перетянуты прорезиненными ремнями.
— Куда идти-то?.. — растерянно прошептала Ливадова.
Она не сразу обнаружила на земле стрелки, указывающие, куда необходимо передислоцироваться, но заметила эту проекцию. Такие проекции создает нетчип, с одной лишь разницей, что тактическая система выводит информацию на внутреннюю сторону визора, а отрисованное нетчипом видишь только ты или несколько человек, чьи ИС синхронизированы друг с другом. Либо когда проекции созданы для публичного обзора — их видят все граждане.
Рядовой Ливадова отошла на пятьдесят метров к северо-востоку от прежнего местоположения и после остальных постов доложила о смене позиции.