- Вы издеваетесь надо мной? - Из Алеты словно вынули стержень. Она ссутулилась и опустилась в предложенное кресло, - Я должна была знать, что человек, получивший мою клятву обманом, никогда не откажется от Кайоры и анеботума просто ради того, чтобы поступить честно... Но, во имя Неба, чем вам помешал человек, готовый отдать за вас жизнь?
- Рамер, я, конечно, могу и ошибаться, но, похоже, речь идет не о кольцах и шляпках, -заметил генерал, - что вы хотите сказать, моя госпожа?
- Присоединяюсь, - Рамер склонил голову, сверля Алету антрацитовым взглядом.
- Всего лишь то, что это - низко, приговаривать к смерти невиновного только из-за того, что он рискнул бросить вызов императору в борьбе за сердце девушки. Он подписался одним именем, потому что судом лишен дворянства, звания и наград. А фамилию ему дали в приюте...
- О ком вы говорите? - повторил генерал.
- О Марке! Вашем стратеге. Вы же не станете утверждать, что не знали о том, что он приговорен к повешению?
- Стоп, - Рамер вскинул руки. - Мне это напоминает какую-то комедию положений. Алета, сядь, налей себе чаю и успокойся. Я прибыл зеркалом из Каротты всего три часа назад, едва успел принять ванну и даже не позавтракал, мгновенно нашелся миллион дел, требующих моего личного внимания. Ты можешь мне не верить, но я, действительно, понятия не имею, о чем ты говоришь.
- Марк Винкер приговорен к повешению? - опешил генерал Райкер, - что за бред? Он -герой обороны Бара. Я написал представление к награде.
- Даже слушать подобную ложь тошно! - огрызнулась Алета, - Смертные приговоры дворянам утверждает император, лично. Его не могли приговорить без подписи Его Величества.
- В военное время - могли, - пожал плечами император, - если я на фронте, то все судопроизводство в столице проходит по упрощенной процедуре. Приговор мог утвердить любой член совета лордов. Арк, просмотри этот бумажный Аньер, наверняка нужный документ в сегодняшней почте.
Девушка наблюдала за торопливыми раскопками почтовой горы, дергая кружевной платок, так, что превратила дорогую и редкую вещь в спутанный комок ниток.
- Нашел, - объявил Райкер, выдергивая бланк со знакомой печатью. Часть писем и свитков с шелестом обрушилась на ковер у ног императора и его генерала, но ни тот, ни другой не обратили на них никакого внимания.
- Пособничество мятежу и похищение Алеты? - изумленно прочел Арк, - кто, мать его -собака серая, утвердил этот бред сумасшедшего? Бездна ему под копчик... Простите, моя госпожа!
- Ничего, - высоким, звенящим голосом отозвалась Алета, - вы хотели огласить состав суда. Мне тоже любопытно.
- Любопытство губит не только кошек, - Рамер бесцеремонно вынул бумагу прямо из рук генерала, скользнул по ней беглым взглядом, на мгновение замер. И тронул колокольчик.
Секретарь возник в кабинете уже с бумагой, дощечкой и карандашом, демонстрируя великолепную выучку.
Привычным способом Рамер Девятый позаимствовал карандаш, отделил от подкинутого письма лист со списком, дополнил его двумя именами и бросил секретарю. Парень невозмутимо поймал.
- Подготовишь приказ: всех, кто здесь поименован, в Лонгери. Основание - подозрение в участии в заговоре. Приказ мне на подпись и в производство, немедленно. Арк - бери гвардию, стражей... кого угодно, хоть наемников, но чтобы к вечеру все сидели в крепости. Справишься, или дать кого-то в помощь?
- Не в первый раз, - буркнул генерал и с грацией медведя развернулся на каблуках. Секретарь последовал за ним, оставив императора и Алету наедине.
- Вина? - спросил он, нарушая тягостную паузу.
- Спасибо, нет. Ваш секретарь уже напоил меня чаем.
- Ты больше не сердишься на меня?
- Нет, - она покачала головой, - даже готова извиниться. Я, действительно, не подозревала, что...
- Что в империи такой бардак? - иронично спросил Рамер Девятый, - не удивительно. Я и сам об этом не подозревал, пока не получил его во владение.
Он стоял к Алете спиной и рассматривал парк за окном, с выражением, которому девушка пока не подобрала названия. Да и не стремилась.
- Мне жаль, что все получилось именно так, - наконец, произнес Рамер, - Джайкери работала на Храм. Я этого не знал... Оправдание, конечно, так себе, но уж какое есть.
- Я тоже виновата, - самокритично признала Алета. - Пора становится взрослее.
Она по привычке тронула затылок, поймала пальцами пустоту вместо тугой косы. Нахмурилась.
- Еще и это придется как-то объяснять... Боюсь, сказка о том, что у меня случилось воспаление мозга и косы мешали прикладывать лед - не прокатит.
Рамер невольно улыбнулся.